Почему Америка неспособна регулировать Биткойн

0
ПОДЕЛИТЬСЯ

В США регулярно проходят слушания по поводу Биткойна и его деривативов. И ни разу присутствующим экспертам не удалось дать четкие характеристики тому, что в действительности происходит. В условиях нынешней правовой системы Америка не может регулировать Биткойн – единственный возможный вывод, если бы они говорили прямо и без всяких аналогий.

Конституция гарантирует гражданам Америки их неотъемлемые права, а Биткойн – это форма печати, защищённая Конституцией. Получить контроль над Биткойном можно в единственном случае – если изменить Конституцию; а это не внесение новой поправки, а удаление Первой поправки целиком и полностью. Противники Биткойна неизбежно столкнутся с надёжным и в конечном итоге эффективным юридическим препятствием, которое исключает всякую возможность биткойн-регулирования или вмешательства со стороны комиссии по фьючерской биржевой торговле США (СFTC), бюро по борьбе с финансовыми преступлениями (FinCEN) или любого другого ведомства; а также вмешательства со стороны государства. А соблюдая Основной закон Соединенных Штатов, Америка будет вынуждена в дальнейшем стать мировым центром всей Биткойн-индустрии.

Позвольте я объясню происходящее

Некоторые говорят, что Биткойн – это валюта, другие, что нет. Это не важно. Действительно важны три вещи: что такое биткойн; что то, для чего предназначена Биткойн-сеть совершенно надежно; и какова истинная природа сообщений внутри сети.

Биткойн – это установленная на узлах система распределенных реестров, которая контролирует и регулирует размещение поступлений на Биткойн-адреса. Все функционирует за счет передачи сообщений, т.е. записей, между компьютерами сети (известными как «узлы»), там эти сообщения проходят процесс криптографии, проверяется их подлинность, сверяются данные отправителя и получателя сообщений и их расположение в открытом распределенном реестре. Пересылаемые между «узлами» Биткойн-сети сообщения читаемы и доступны для печати. Если нет записи, то нет никакого смысла в любой биткойн-транзакции. Биткойн – это всегда текст.

Код Биткойна можно распечатать на бумаге. А выходные данные могут принимать разные формулировки, в виде QR-кодов для считывающих устройств или в виде букв A-Z, a-z или 0-9. Это значит, что их можно прочитать, как книгу «Гекльберри Финн» например.

Во времена формирования Соединенных Штатов Америки мудрые отцы-основатели новой страны, презирающие жестокость и тиранию, памятуя об отсутствии свободы слова в прессе в странах, из которых они бежали, вписали в Конституцию тогда еще молодой Федерации Свободных Штатов однозначную и недвусмысленную свободу, «Свободу прессы». Это была самая Первая поправка в силу её основополагающего значения для свободного общества. Первая поправка гарантирует любому американцу право публиковать и распространять что угодно, без ограничений и предварительной цензуры со стороны государства.

Конгресс не должен издавать законов касающихся утверждения государственной религии или запретов на свободное вероисповедание; или ограничивать свободу слова или прессы;, или права народа мирно собираться; и обращаться к Правительству с петициями об удовлетворении жалоб.

Одна единственная строчка и запрещены любые законы о любых ограничениях относительно Биткойна навечно.

В 1995 в Своде законов правительства США имелись законы, ограничивающие экспорт не лицензированного криптографического программного обеспечения из Америки. Эту продукцию классифицировали как «военное оборудование». Первые версии прорывного программного обеспечения для криптографии с открытым ключом «Pretty Good Privacy» или «PGP», написанные Филиппом Циммерманом сразу же вывели из США через электронные доски объявлений (BBS) по коммутируемым телефонным сетям. Но за пределами Соединенных Штатов все копии «PGP» считались «пиратскими». Чтобы решить вопрос нелегального копирования в действие привели остроумный план: использовать Первую поправку Конституции как средство легализации процесса.

Исходный код «PGP» был распечатан.

Почему Америка не способна регулировать Биткоин

Это так просто. Как только исходный код «PGP» напечатали как книгу, он мгновенно и, что ещё важнее, безоговорочно, попал под защиту Первой поправки. В это же время правительство США до абсурда пытается доказать, что нематериальное программное обеспечение — это устройство, а не текст (программное обеспечение или «двоичные файлы» — это запись, которую можно запустить на устройствах). Понятно, что сама мысль о том, что программное обеспечение это устройство, явно абсурдна. И вместо того, чтобы тратить деньги, оспаривая этот вопрос в суде, код «PGP» распечатали. Все сомнения в том, что здесь действует Первая поправка, тут же исчезли.

Распечатанный исходный код вполне легально, и без оговорок, отправили на корабле в другую страну, а затем перенесли на устройство с помощью OCR (Optical Character Recognition – программное устройство, которое может перевести печатную страницу в текстовый файл, без необходимости набора текста вручную). В результате код «PGP» легально экспортировали из Соединенных Штатов.

Прямое сходство с Биткойном должно быть очевидно. «PGP» и Биткойн это:

  1. Составные программного обеспечения, которые можно напечатать в виде текста на бумаге;
  2. Программы, которые воссоздают уникальные наборы текста, понятные человеку;
  3. Разработаны создавать записи (текст), а это покрывается Первой поправкой на 100%.

Цель «PGP» — полная проверка идентификации личности отправителя сообщения и гарантировать, что сообщение не было прочитано или изменено во время передачи. Цель Биткойна – окончательное подтверждение для владельца криптографического ключа (а это фрагмент записи) возможности снять блок с записей в реестре во всемирной Биткойн-паутине. Оба компонента программного обеспечения — системы связи и обмена сообщениями, полностью попадают под первую поправку Конституции, как ни крути. Начиная с исходного кода, когда пользователи программного обеспечения составляют текстовые сообщения, а компиляторы преобразуют их в машинный код, обрабатывают, отправляют и получают.

Биткойн – это текст. Биткойн – это речь. И в такой свободной стране как Америка, где каждому гарантируются его неотъемлемые права, а свобода издательской деятельности однозначно определена Первой поправкой к Конституции, он не может быть регламентирован.

И Биткойн и «PGP» воссоздают сообщения, инициируемые пользователями. Любое сообщение, созданное одной из двух программ, уникально. Закон об авторском праве и закон о патентах соответственно – единственная ветвь в законе, на которую можно ссылаться относительно их исходного кода и выходных данных. Исходный код Биткойн не защищен авторским правом, а основная концепция сети не запатентована. В любом случае, это никак не относится к сути биткойн-сообщений.

Закон об авторском праве дает преимущество автору текстовых сообщений, так как штрафуют того, кто копирует сообщение без вашего разрешения, но это не имеет никакого отношения к экспорту или введению налога на сами сообщения. И, конечно же, запрет на копирование биткойн-платежей скорее противоречит самой цели использования Биткойна. Принимая всё это во внимание, любой законодательный или контролирующий орган, трёх или шести-буквенные федеральные агентства Америки, или другой государственный орган, который осмелится попробовать регламентировать работу сети Биткойна – потерпят неудачу. Этот сложный правовой вопрос должен быть решен и закреплен. Так как, если государство сможет принимать законы в отношении одного элемента программного обеспечения, генерирующего сообщения, то возникший правовой прецедент позволит правительству США регламентировать любое ПО, независимо от его функций.

Функции Биткойна принципиально не отличаются от функций электронной почты, обмена сообщениями и связанного с интернетом программного обеспечения – это передача сообщений. Единственное отличие – это программа, которая отслеживает способ связи сообщений отправителя и получателя. Электронная почта не отличается от Биткойна, за исключением того, что содержание письма и протоколы отправителя и получателя не сохраняются в открытом распределенном реестре. Мы знаем, что они хранятся в закрытой базе данных, но это уже другая история…

И еще один пример из судебной практики, доказывающий, что это обоснование верно.

Когда аспирант государственного исследовательского университета США в Беркли, штат Калифорния, Бернштейн завершил разработку криптографического шифра (алгоритма), который он назвал «Snuffle». Бернштейн хотел опубликовать: криптографический алгоритм, работу математического программирования, где описывается и объясняется алгоритм криптографии и  «исходный код» компьютерной программы, где данный алгоритм описан в коде. Бернштейн хотел обсудить эти вопросы на математических конференциях, в аудиториях университета и на других открытых встречах. Закон о контроле экспорта вооружения и правила международной торговли оружием (законодательная схема МДТО (международный договор о торговле оружием)) обязали Бернштейна предоставить в управление для экспертизы его работы по криптографии, зарегистрироваться в качестве торговца оружием и подать заявку на получение государственной лицензии на публикацию своих работ. Отказ выполнить эти требования привел бы к строгим гражданским и уголовным взысканиям. Уверенный в том, что это нарушение его прав в силу первой поправки Конституции Бернштейн подал на правительство в суд и … выиграл.

В деле Бернштейн против министерства юстиции США было доказано, что код – это текст, и он под защитой Первой поправки. Это полностью и безоговорочно применимо к Биткойну и его жуткой параллельной работе по идентификации пользователей по стандартам проверок KYC/AML. Просить биткойн-трейдеров регистрироваться как «Денежных передатчиков» и ещё до оплаты добиваться лицензии на отправку текста в сеть Биткойна и его размещение в распределенном реестре противоречит Конституции также, как требования ITAR (Правила международной торговли оружием (положения Госдепартамента США по контролю за экспортом товаров и технологий, связанных с обороной и безопасностью)) в отношении PGP.

Девятый окружной апелляционный суд принял сторону Бернштейна и постановил, что написанное программное обеспечение это речь и находится под защитой Первой поправки, а постановления правительства, запрещающие его разглашение, противоречат Конституции. Очевидно, что Биткойн попадает прямо под раздел о защите слова и это без вариантов. Суды США должны прийти к такому же заключению в отношении Биткойна. Биткойн – речь, которая находится под защитой закона, о чем так ясно говорит судебная практика.

Позиция, где биткойн – валюта, изначально неверна. Похожие системы существуют уже много лет, и не привлекают внимание законодательных органов. Возьмем, к примеру, популярный флеш-симулятор управления фермой «FarmVille» на Facebook.

Игра «FarmVille» доступна в виде приложения Adobe Flash на сайте социальной сети Facebook и в интернет-играх от Microsoft. В 2010 в течение короткого периода была доступна как приложение для iPhone, iPod Touch и iPad. Игра бесплатна, однако, чтобы продвинуться в игре быстрее, игроков склоняли тратить игровые наличные FarmCash (в игре FarmVille) или FarmBacks (в игре FarmVille 2). Их покупали за настоящие деньги или «получали как помощь от других игроков». Появившись на Facebook в 2009, FarmVille стала самой популярной игрой на сайте и держалась на этой позиции в течении двух лет. В марте 2010 на пике своей популярности 83,76 миллиона игроков запустили игру FarmVille хотя бы раз. (согласно Wikipedia)

По сути, эта невероятно популярная игра не отличается от Биткойна. FarmBucks, как и биткойны, существуют только внутри закрытой системы. Единственное отличие – размер пространства, в котором пересылаются сообщения, а в случае с FarmBucks, число пользователей и транзакций (отправленных сообщений) огромно. 83,760,000 активных пользователей игры FarmVille в месяц, и ни одного из них не подвергли проверке по стандартам KYC/AML при обмене фиатов на FarmBucks или FarmCash. Почему же? Что произошло с этими деньгами? Почему в отношении этой игры не было комиссии по ценным бумагам или бюро по борьбе с финансовыми преступлениями как в случае с ICO? Разумного объяснения нет. Этот пример очень эффективен в качестве средства в борьбе с теми, кто утверждает, что биткойн – валюта и чем-то принципиально отличается от денег в игре. Все разумные обоснования различий, которые они используют (преимущественно в форме больших и сложных предложений), неопределенны, и никогда не касаются основополагающих процессов. Иначе, у них бы не было выбора, кроме как прийти к выводу о том, что как предмет для регулирования Биткойн ничем не отличается от FarmBucks или PGP.

Очевидно, что позволить законодательству прикоснуться к Биткойну — будет означать, что любое программное обеспечение будет подвергнуто внезапным произвольным и неэтичным ограничениям. Тогда будет создан прецедент, разрушительный для развития всей отрасли программного обеспечения в США. А компьютерные программы – это средства, с помощью которых все функционирует, сообщается, обменивается и упорядочивается в современном обществе. Фактически, организация современного общества без компьютерных технологий невозможна.

Например, под контролем вдруг окажется Твиттер. Суть пересылаемых в Твиттере сообщений не отличается от сообщений, передаваемых в Биткойне. Единственное отличие – в распределенном реестре, который поддерживает государство и приложении для отправки сообщений. На самом деле, Twitter довольно легко преобразуется в компанию Биткойн; добавить несколько строк, чтобы внести ссылку на Биткойн для каждого пользователя в простом формате обмена данными в формате JSON, добавить страницу для клиентов и запустить свой собственный пул Биткойн-серверов. Можно ли с помощью дополнительного шифра быстро перевести Твиттер в другое сообщество? Изменит ли это природу каждого отправленного внутри сети поста? Каким образом биткойн-адрес, интегрированный в ваш твиттер-аккаунт, отличается от его написания вашим подписчикам вручную?

Фактически, Биткойн дает возможность заключать письменные соглашения между незнакомыми людьми не подписывая никаких документов. Сеть и программное обеспечение при помощи криптографических записей в тексте заботятся об идентификации личности и выполнении соглашений. Люди, призывающие к «BitLicenses», биткойн-регулированию, утверждают, что Конституция США не должна распространяться на Биткойн в силу специфики его применения. Это полное безумие, и это приведет к непредвиденным, совершенно катастрофическим последствиям для экономики Америки, поскольку почти все сегодня косвенно или напрямую связано с программированием.

С другой стороны, если оставить Биткойн развиваться, а рынку позволить устанавливать услуги и средства определения стоимости и решения споров, Биткойн, как отдельная экосистема, широко распространится и будет в высшей степени стабилен, как разросшийся за 20 лет без государственного контроля и надзора интернет сегодня.

Более того, как я уже говорил, пользуясь правом первого, отправной и конечной точкой всех биткойн-операций со всего мира станет та страна, которая не приводит в действие законодательство относительно Биткойн. Биткойн – это пиринговая сеть, к которой не подступиться. Для всех ведомств Биткойн останется свободным, и им ничего с этим не сделать.

Во Франции мы уже видели похожее явление касательно правового положения криптографии. Во Франции регламентировали криптографический протокол SSL, пока политик и экономист Доминика Стросс-Кан не сняла ограничения. Они знали, что если не удастся защитить французские вебсайты с помощью SSL, в случае необходимости «электронный бизнес во Франции» войдет в состав мощного фреймворка по безопасной эксплуатации браузеров «le pays Roosbeef». Американская коммерческая деятельность Биткойна (поскольку в ее юрисдикции будут конечные точки операций) будет облагаться налогом на прибыль, а это процент от триллионов операций, проводимых в сети по всему миру с любыми всевозможными целями.

В отношении любой другой страны верно то же самое. Принимая правила регулирования «BitLicenses» и заявляя, что по «указке сверху» биткойн – это или валюта, или товар или узаконенное платежное средство, Соединенные Штаты намеренно наносят себе вред. Как я уже описывал выше, по своей природе Биткойн нельзя отнести ни к одной из этих категорий. А огромное количество приложений, куда его можно будет ввести, ещё только зарождаются. Проект (прим.ред: автора статьи) Azteco – лишь один из них, с потенциалом охватить миллиарды людей у которых нет банковского счета по всему миру, и предоставить им простой способ доступа к интернет-торговле мирового масштаба, в системе, где невозможны аферы с оплатой платежей. Потенциальная выгода для людей, не имеющих счета в банке, веб-сайтов, продающих товары он-лайн, и областей, в которых они работают беспрецедентна. Только глупец будет вредить появлению этих преобразований.

Ни одному законодательному органу не угнаться за текущими достижениями в программном обеспечении: в мире слишком много свободных разработчиков и эффективных программных продуктов; и все имеют равные возможности выхода на рынок. Лучшее, на что может рассчитывать государство – это налогообложение новой бизнес-индустрии, где внедряют появляющиеся новые программные продукты подбадривая предпринимателей внедрять их в свой бизнес. Если Америка готова любой ценой оттеснить разработчиков Биткойна, биржи и коммерческие организации нового формата, пусть сделает и возьмет на себя последствия. В мире много других мест, где есть быстрые интернет-каналы, и где правительство не так отрицательно настроено к прогрессу. Если что, Skype был основан в Эстонии, а не Кремниевой Долине в Калифорнии. Все крупные биткойн-биржи находятся за пределами США. И на то есть причина. Никто из желающих начать работать с биткойнами не планирует переехать в Нью-Йорк, не важно откуда, потому что им известно, что их бизнес-модели сразу же окажутся под ударом.

Тех же, кто опасается свободных торговых площадок в Биткойне, остается заверить, что все существующие в настоящее время законы в отношении мошенничества, воровства, коррупции и всего остального также применяются по отношению ко всем людям и корпорациям, которые используют Биткойн. Биткойн не издает законов и не выносит на обсуждение ваши личные или корпоративные обязательства. Имея дело с компанией, вы продолжаете оставаться под защитой закона. Если кто-то обещает вам продать товары за биткойны, это предложение имеет законные основания, поскольку вы платите биткойнами. Благонадежные биткойн-организации выстроят систему разрешения споров по примеру eBay и Amazon, чтобы добиваясь справедливости вам никогда не приходилось обращаться в суд. В интернете репутация – это все, испортив репутацию можно за ночь потерять доверие к себе и всю базу клиентов. Это гораздо более мощный стимул поступать правильно, как по умолчанию поступают большинство людей в отсутствие иных договоренностей, чем какие-то произвольные и абсурдные правила «BitLicense».

Ни одни правила в мире не смогли бы предотвратить неполадки в программном обеспечении на бирже MTGox, и ни один закон не вернет деньги, прямо или косвенно потерянные в результате этой ошибки. Повторюсь, делают жизнь легче и лучше работающие в интернете предприниматели, а не законы и постановления. Не контроль заставляет программу работать корректно, а разработчики.

А для тех, кто выступает за существование правил регулирования «BitLicense» у меня есть совет. Не тратьте чужие время, деньги и средства на разрушение этой глупой идеи. Фонду электронных рубежей (EFF) есть на что потратить время, чем снова и снова изучать «сценарии использования» PGP. Если это дойдет до суда, вы проиграете, и, как следствие, Америка потеряет свою ведущую роль, так как все биткойн-предприниматели побегут из США туда, где им позволят внедрять инновации, расти и процветать.

А что могут сказать люди, желающие принудительно ввести правила регулирования «BitLicense»? Что они не доверяют самим себе? Это полный абсурд. Что они не доверяют своим конкурентам? В этом случае их конкуренты действуют недобросовестно, в то время как работающие добросовестно имеют рыночное преимущество, и помнят, лицензирование не защитит общественность от мошенничества и не даст никаких гарантий, это может только извратить рынок.

Чего действительно хотят сторонники «BitLicense» — это гарантированного рыночного превосходства. Они хотят предотвратить предпринимательство в «золотой век криптовалюты», так как это может разрушить их бизнес. Они хотят замедлить и подавить внедрение инноваций, и стать прочным и неприступным контролером. Им хочется перекрыть поток новых участников на рынок. Это просто не получится. И это не по-американски.

Законодательной власти Америки необходимо позволить «американской мечте» процветать и усиливать свое влияние на Биткойн, или его придется подчинить закону, и этот процесс уже начался. Уже дважды в судах США в выдвинутых против двух человек обвинениях в «отмывании денег» определили что биткойн не является валютой:

Мировой судья США Хью Б. Скотт вынес решение по делу об отмывании денег в г. Буффало, шт. Нью-Йорк: биткойн – скорее предмет потребления, а не разновидность валюты, как сообщили в местных новостях.

Он предложил снять обвинение в отмывании денег с подсудимого, так как биткойн – не деньги.

В прошлом году в деле об отмывании денег, окружной судья в Майами-Дейд Тереза Мэри Пулер выразилась предельно ясно, даже для тех у кого мало знаний в этой области: биткойну еще предстоит пройти долгий путь, прежде чем его приравняют к деньгам.

Биткойн – это не валюта. К нему вообще не следует применять политику идентификации пользователей по стандартам KYC/AML. Постановление Хью Б. Скотта очень значимо, потому что полностью противоречит идее «BitLicence». И чтобы не было никаких сомнений, всё это, включая законные средства защиты прав при нарушении обязательств, применяемые к «ICO» — не более, чем запись, хранящаяся в базе данных… Тот факт что их называют «первичное предложение монет, первичное размещение монет» не имеет отношения к базовым процессам. И это не незаконно копировать язык и термины из области финансов, если они не зарегистрированы или не охраняются авторским правом. Называясь «Фондовая биржа» голливудская фондовая биржа никого не обманывала. У противников Биткойна и ICO нет никаких веских аргументов, а собранные уже избитые аргументы в пользу регулирования также шатки как фиаты.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here