Пель Брандегаард: Взгляд на ранние дни интернета и блокчейн сегодня

0
ПОДЕЛИТЬСЯ

Пель Брандегаард: Взгляд на ранние дни интернета и блокчейн сегодня

Предлагаем вашему вниманию размышления Пеля Брандегаарда, где он сравнивает текущее положение блокчейна и криптовалют с индустрией доткомов. Пель — ведущий инженер в uPort, децентрализованной платформе персональных данных на основе Ethereum.

Я достаточно рано стал играть с HTML и нашёл его классным способом публикации документов. Я открыл его для себя ещё в 1993 г., когда впервые увидел исполняемый файл mosaic в директории /usr/local/bin моего компьютера в университете.

Серьёзно работать над веб-приложениями я начал лишь в 1994 г., когда мой научный руководитель посоветовал мне ознакомиться с только что вышедшей спецификацией CGI от Национального центра суперкомпьютерных приложений (NCSA). До того я был погружён в безнадёжный проект, пытаясь построить сложный сетевой мультимедийный фронтенд на C++.

Я часто сравнивал нынешнее состояние блокчейна с ранними днями интернета. В 2013-15 гг. я неустанно повторял, что мы пребываем в похожем состоянии, как веб в 1994 г. В последние годы ажиотаж вокруг ICO напоминал 1995 г., когда первичное публичное предложение (IPO) Netscape заставило всех массово сходить с ума.

Думаю, мы почти достигли 1996 г., когда люди всё ещё безумны, но создаётся много по-настоящему классных вещей, хоть и затмеваемых сумасшествием.

Конечно, сравнение не идеальное и не совсем линейное.

Так что не воспринимайте эти годы как истину в последней инстанции. Но технологическое принятие интернета в те дни может предоставить нам много хороших уроков.

Раннее очарование решением, а не проблемой

Когда нас очаровывает новая сложная технология, мы часто настолько увлекаемся изящностью и новаторством решения, что в итоге нам оказывается действительно сложно его объяснить или продать.

Вот как я в 1994 г. объяснял людям своё очарование интернетом:

«Интернет – это способ передачи данных в обход цензуры. Для этого он разбивает данные на пакеты и пересылает их от одного узла к другому, пока они не достигнут конечного пункта назначения и не будут снова собраны в единое целое. Это круто!!!»

Вот как я в 2013 г. объяснял людям своё очарование Биткойном:

«Биткойн – это способ пересылки денег от кого угодно кому угодно без цензуры и посредников. Для этого вы храните приватный ключ, передающий транзакцию пиринговой сети, где тысячи компьютеров соревнуются за криптографическое включение её в блок транзакций, которому доверяют все в сети».

То, что в обоих случаях называлось проблемой, для многих людей на самом деле не было таковой. Для нас, параноидальных анархо-либертарианцев, для тех, кто живёт при диктатуре или в развивающихся странах, – да. Но для большинства «обычных» людей в развитых странах?

А как насчёт такого объяснения решения? В случае интернета сегодня всем всё равно. В случае блокчейна всем будет всё равно завтра.

В обеих этих историях важно то, что они верны по существу, но в них больше очарования решением, чем самой проблемой.

Революционное решение превращается в индустрию

Хотя интернет в 1994 г. явно вошёл в моду, не существовало реального понятия интернет-индустрии или бизнеса. В августе 1995 г., после IPO Netscape, она уже была в самом разгаре.

AltaVista

Луи Монье, сотрудник исследовательской лаборатории компании Digital Equipment Corporation (DEC) в Пало-Альто, в декабре 1995 г. запустил поисковую систему AltaVista, ставшую одним из первых сайтов, мгновенно достигших успеха, и важнейшей поисковой системой того времени.

Руководители ранее очень новаторской, но теперь старомодной DEC поняли: да мы же теперь интернет-компания, такая же крутая и ценная, как Netscape.

У DEC уже был огромный портфель успешных сетевых продуктов, которые продавали предприятиям, правительствам и университетам: от маршрутизаторов и сетевых карт до фаерволов и серверов электронной почты (поддерживавших X.400).

Всё это было практически за один день перенесено в наспех созданный интернет-бизнес под единым брендом AltaVista.

В январе 1996 г. я жил в Кингстоне, на Ямайке, и вёл CaribWeb и ряд относительно успешных туристических сайтов.

Любой, кто владел HTML, CGI и Perl, пользовался большим спросом, так как массово создавались новые должности «веб-мастеров». Рекрутеры уже несколько месяцев пытались меня заинтересовать, но я не спешил оставлять свой бизнес и жизнь на Карибах.

В конце концов, я принял должность корпоративного веб-мастера в AltaVista, став одним из первых, кто был нанят в команду. За несколько недель мы наняли большинство разочаровавшихся специалистов по маркетингу из Lotus, проигравших Microsoft битву за офисные продукты.

Мы повторяли мантру «интернет, интернет, интернет» и считали, что ни у кого нет такого опыта или такого обширного портфеля, как у нас. Наш главный целевой рынок представляли все другие компании, отчаянно желавшие переименоваться в интернет-бизнесы.

Конечно, если интернет был решением, то проблемы, которые он должен решать, пока были не слишком очевидны. Поэтому, как и многие другие ранние бизнесы в этом пространстве, мы продавали интернет-решения другим людям, разрабатывающим интернет-решения.

То был пузырь, но мы все от него выиграли

Вполне понятно, почему здравомыслящие люди тогда также называли интернет-индустрию гигантской пирамидой.

Можно запросто сказать, что главной бизнес-моделью интернет-индустрии с 1995 по 2000 г. было проведение IPO и поднятие цены акций с помощью пресс-релизов о партнёрстве с другими интернет-стартапами.

Но мне не хочется этот процесс ни в чём винить. Мы все сегодня извлекаем пользу из порождённых им безумных и казавшихся бесполезными инноваций. Большинство основных технологий и знаний в разработке, которые мы всё ещё сегодня используем, возникли из этого безумия доткомов.

Когда всё это происходило, было всё же несколько компаний, которые не только зарабатывали на безумии, но также оставались верными своей идее. Лучший и самый известный пример – Amazon.

Когда в 2000 г. исчезла мотивация работать только ради того, чтобы поднимать цену акций, интернет-бизнесы смогли сосредоточиться на решении реальных проблем. Большинство сегодняшних крупных интернет-компаний были основаны примерно в то время.

С технологической точки зрения, после краха 2000 г. ни у кого больше не было денег, чтобы платить лицензионные сборы Sun и Oracle. Стали набирать обороты Apache, Linux, MySQL, Java, PHP и т. п.

Надеюсь, теперь можно увидеть сходство с моим опытом в AltaVista и сегодняшней индустрией Биткойна и блокчейна.

Тогда мы продвигали все эти сумасшедшие идеи о том, как интернет может улучшить практически любую индустрию. У нас есть решения, и мы знаем, что они революционны и могут всё изменить, и часто расстраиваемся из-за того, что наши удивительные технологии недостаточно применяются в этих индустриях.

Решение не той проблемы в неподходящее время

В начале 1995 г. один очарованный интернетом маркетолог продал Reed Elsevier сайт научной конференции. Он нанял меня, когда я заканчивал учёбу в Уэльском университете, на мою первую оплачиваемую веб-работу. Не помню, как он меня нашёл, возможно, через группу новостей.

Сайт пользовался успехом, поэтому мы предложили компании также сделать сайт для её публикаций. Этот вопрос был поставлен на заседании совета директоров, но нам сообщили, что директора пришли к следующему решению: «Зачем кому-то искать публикации в интернете?»

Думаю, это было до выпуска браузера Netscape с SSL или примерно в то же время. Тогда ещё не существовало платёжных шлюзов. Людям приходилось распечатывать публикации, так как никому не хотелось ничего читать на мониторах VGA CRT 640×480. Кроме того, большинство руководителей высшего звена того времени никогда не прикасались к компьютеру, так что сама идея была им чужда. По сути, она у нас появилась слишком рано для рынка.

Прежде чем интернет смог решать реальные проблемы индустрии, должен был появиться целый ряд, на первый взгляд, несвязанных технологий, рынков и индустрий.

Туристическая информация

Я начал работать над туристическими сайтами и в том же году переехал на Британские Виргинские острова, буквально на той же неделе, когда там появился dial-up интернет. Я продал раздел своего сайта, посвящённый Британским Виргинским островам, местному издателю. Оказывается, он всё ещё существует 23 года спустя.

За первый месяц к интернету подключилось около 15% населения, главным образом, потому что телефонные звонки и факс в США стоили $3/минута, так что электронная почта решала реальную потребность.

За следующие несколько месяцев мне удалось продать сайты примерно 10-20 отелям, ресторанам и т. п., прежде чем я переехал на Ямайку. Это объяснялось тем, что у этих бизнесов была реальная потребность разрекламировать себя для состоятельных туристов из США.

Конечно, это всего лишь пример, но интернет мгновенно решил следующие элементарнейшие проблемы:

  • общение с родственниками и клиентами по всему миру;
  • реклама малого бизнеса на международном рынке.

Биткойн

Биткойн был создан для решения двух разных, но взаимосвязанных проблем:

К 2011 г. непреднамеренно добавился ещё один важный аспект применения:

  • спекулятивный актив.

В начале 2013 г. я бросил все другие проекты и сосредоточился на аспекте Биткойна, касающемся дешёвых пиринговых платежей. Я запустил проект Kipochi, нацеленный на платежи для развивающихся стран.

Мы появились слишком рано. Люди всё ещё предпочитали мыслить в кенийских шиллингах, а не в BTC. Действующие платёжные технологии делали всё возможное, чтобы мы прекратили переводить фиатную валюту в BTC и обратно.

Другими словами, сначала нужно было решить другие проблемы.

Последние несколько лет Биткойн отлично работал для меня и других в качестве международной платёжной системы, но он всё ещё не нашёл массового применения по всему миру.

Как ни парадоксально, Биткойн так хорошо справлялся с ролью средства сбережения и спекулятивного актива роста, что в конце 2017 г. комиссии выросли настолько, что изначальное решение Сатоши для быстрых и дешёвых пиринговых платежей перестало быть по-настоящему эффективным. Будем надеяться, что Lightning Network исправит ситуацию.

Чтобы задумка Сатоши воплотилось в реальность, Биткойну ещё нужно решить ряд внешних проблем. Но пока он хорошо работает как средство сбережения и спекулятивный актив роста.

Ethereum

Ethereum (или Эфириум) обещает даже ещё более революционные технологии. Его ранним, возможно не самым удачным, лозунгом был «Всемирный компьютер».

Эфириум меня изначально заинтриговал, но подобные лозунги отбили у меня охоту (лишив экономической выгоды). Лишь в конце 2015 г. я снова обратил на него внимание, когда увидел, какие инструменты начали для него разрабатывать.

Последние 2 года своей жизни я посвятил созданию децентрализованной платформы персональных данных uPort на основе Эфириума. Так что теперь я, определённо, его сторонник.

Сейчас, конечно, блокчейн пытаются приспособить к каждой индустрии, как это было в ранние дни интернета.

Тем не менее нам удалось создать крупнейшую группу разработчиков и инструментов для разработки в блокчейн-пространстве.

В 2017 г. технология определённо доказала свою состоятельность, но также показала, что нам следует сосредоточиться на решениях масштабируемости.

И хотя пока что никто не создаёт земельные кадастры на блокчейне, но через год-два компании вполне могут быть заменены децентрализованными автономными организациями. На Эфириуме сегодня создаются реальные приложения, решающие реальные проблемы.

Я, как и все, скептически отношусь к ажиотажу вокруг ICO. Но нельзя отрицать успех простоты использования токенов ERC20 на Эфириуме. Даже CryptoKitties, какими бы смешными они ни казались, – это прибыльный гигант и реальное приложение.

Однако многие (большинство?) ICO построены на тех же дурацких идеях быстрого обогащения, которые заставили мир сходить с ума из-за доткомов в 1990-х.

Но в то же время (как и в 1990-х) эти деньги финансируют всевозможные важные разработки инфраструктуры и инструментов. В человеческом плане мы наращиваем реальные знания и опыт растущих кадров толковых разработчиков, юристов и предпринимателей. Посетите следующую конференцию Devcon, и вы увидите, что я имею в виду.

Кроме того, есть также ряд серьёзных проектов, поддерживаемых ICO (и финансируемых частными инвестициями), созданных умнейшими людьми. Они реально занимаются делом и продумывают экономические модели, механизмы и инструменты для своей работы.

Как раз здесь следует искать Amazon, Google и PayPal нового поколения.

Масштабируемость – тогда и сейчас

Многих волнует масштабируемость блокчейнов. Это тоже такая же реальная проблема, какая существовала и раньше.

В 1996 г., работая в AltaVista, я написал программу на Perl, запускающую новый процесс Unix в ответ на каждый запрос HTTP. Это, в свою очередь, запускало ещё один процесс Unix для подключения к базе данных и генерирования HTML, пересылавшегося из нашего дата-центра в Пало-Альто по всему миру. Это было очень неэффективно.

Очень скоро ситуацию улучшили FastCGI, NSAPI, ISAPI и сервлеты, что также позволило иметь постоянное подключение к базе данных. CDN стали перемещать статические данные ближе к пользователям, а языки программирования стали быстрее.

За несколько лет мы перешли от единичного процесса к многопоточной архитектуре, затем снова к единичному процессу и, наконец, к асинхронной архитектуре. Разработчики стали умнее, стало использоваться кэширование, и теперь масштабирование веб-приложений стало относительно простым.

То же происходит и с Эфириумом. Первая версия напоминает раннюю версию CGI. Сейчас есть несколько инициатив, таких как PoS, Sharding, WebAsm, Plasma, Raiden, Truebit и т. п., которые способны существенно повысить эффективность.

Разработчики также сначала хотели как можно больше логики разместить на блокчейне. Теперь же мы поняли, что значительная часть информации запросто может находиться вне блокчейна без потери преимуществ консенсуса блокчейна.

Замечательно то, что всё это в основном независимые улучшения. Даже если какие-нибудь из них не будут работать, мы всё равно сможем пользоваться преимуществами остальных.

И что дальше?

Те из нас, кто вовлечён в это пространство, убеждены, что мы решаем множество проблем по всему миру и во многих индустриях.

Возможно, не всё будет так легко и быстро, как хотелось бы. Я считаю, что нам стоит сосредоточиться на создании решений реальных проблем, не требующих большого числа других предварительных шагов.

Кроме того, не нужно беспокоиться о продаже блокчейна бизнесам и индустриям, которые нужно долго убеждать.

Есть множество бизнесов с реальными проблемами, легко решаемыми с помощью блокчейна, которые уже готовы прислушаться. Но, прежде чем продвигать свои волшебные решения, уделите время ознакомлению с их актуальными проблемами.

Кроме нескольких предпринимателей, таких как Джефф Безос, Марк Андриссен и Питер Тиль, настоящими героями эры доткомов были люди, создавшие Apache, Mozilla, Linux, MySQL и т. п., а также инженеры IETF, неустанно совершенствовавшие и масштабировавшие этот безумный новый мир.

Ищите таких же людей в сегодняшнем мире. Людей, неустанно работающих над созданием инфраструктуры, стандартов и инструментов для этой технологии.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ