«Биткойн — помойная крыса среди валют»

rat

Когда программист Андреас Антонопулос впервые услышал о биткойне в 2011, он отмахнулся от этой идеи, посчитав биткойны «деньгами для гиков». Шесть месяцев спустя он наткнулся на оригинальную статью Сатоши Накамото, датированную ноябрем 2008. Этот девятистраничный, безобидный, на первый взгляд, документ предлагал модель перемещения большого спектра финансовых сервисов в глобальную распределенную криптографическую сеть, не принадлежащую отдельно взятой фигуре или группе лиц.


Статья Накамото глубоко потрясла Антонопулоса. Это не деньги, — осознал он, — это децентрализованная сеть доверия, возможности применения которой существенно превосходят функции цифровой валюты.

Антонопулоса, по его словам, «очаровала и захватила» концепция Биткойна: «Я по 12 часов в день проводил у экрана компьютера, я без остановки читал, делал записи, писал код и учился». Он написал: «я очнулся от забвения, потеряв около 20 фунтов, все это время я почти ничего не ел, но теперь я был полон решимости посвятить себя работе над Биткойном».

Пять лет спустя труды Антонопулоса дали свои плоды. 43- летний предприниматель стал одним из самых уважаемых экспертов в сфере биткойн и блокчейн-технологий, к нему регулярно обращаются за рекомендациями различные компании и организации со всего света. Баладжи Шринивасан, глава 21.co назвал его книгу «Постигая Биткойн», вышедшую в 2014, «лучшим справочным руководством по Биткойну на сегодняшний день».

В январе 2016 на базе Института прогнозов был основан проект Blockchain Futures Lab — исследовательский центр и сообщество «для изучения возможностей и ограничений технологии блокчейн и ее социального, экономического и политического влияния на личность, организации и сообщества в ближайшем десятилетии».

Я взял интервью у Антонопулоса, чтобы прояснить, каково его нынешнее видение технологии блокчейн и что, по его мнению, ждет ее в будущем. То, что он поведал мне одновременно прекрасно и удивительно.

Марк Фроэнфелдер: Чем коммерческие/частные блокчейны отличаются от блокчейна биткойна?

Андреас Антонопулос: Во-первых, мне кажется, нечто подобное мы уже наблюдали раньше. Это очень похоже на первые этапы развития интернета для широких масс, когда интернет вырвался из узкого пространства образовательной среды, после того как в 1993 Национальный научный фонд принял решение открыть его для коммерческого использования.

В те времена люди использовали интернет для того, чтобы публиковать свои манифесты — например, Джон Пери Барлоу написал «Декларацию независимомого Киберпространства.”

Корпорации были заинтригованы новой технологией. Они понимали, что это технология способна произвести революцию, и хотели “застолбить” для себя место в будущем. Биткойн на раннем этапе развивался в схожем контексте.

Корпорации пытались создавать альтернативные сети на базе TCP/IP, локальных сетей, MSN и Compuserve —  закрытые, цензурируемые, ограниченные версии интернета, спрятанные за высоким забором, ручные, с возрастными ограничениями, с технологиями реального интернета, но без всякой “грязи” реальной сети. Ничего запрещенного, прополотая, мультяшная версия всемирной сети.

Эти попытки провалились, потому что, во-первых, это скучно, а во вторых, потому что, реальной инновацией интернета изначально являлось глобальное информационное пространство, а вовсе не TCP/IP. Его отличительной чертой всегда была открытость, отсутствие границ — как раз это и было инновационным, контент создавали уникальные личности, а не заказывали сверху. Эта была настоящая пиринговая сеть. Все эти свойства и делали ее инновационной, а все остальное вскоре отсеялось, как скучное и устаревшее.

Схожий период переживает сейчас Биткойн. Биткойн — экономика без границ, финансовые потоки без привязки к персональным данным, экономическая система доступная всем, без банков и правительств, без централизованной власти и органов управления и т.п. Когда мы рассказываем миру о Биткойне, мы говорим о нем, прежде всего, как об открытой, децентрализованной, инновационной, пиринговой финансовой системе без границ. На что банки и корпорации отвечают:

Биткойн — потрясающая штука. Мы хотим его использовать. Нам не нравится только то, что эта сеть — децентрализованная, пиринговая и общедоступная. А давайте-ка, мы возьмем технологии Биткойна и вместо него создадим собственную версию: ручную, централизованную, с закрытым доступом и обязательной идентификацией всех участников?

Когда мы начали рассказывать о блокчейне, мы говорили: «Послушайте, биткойн — это еще не все». Это было два года назад. Многие из тех, кто уже был знаком с биткойном, соглашались: «Да, дело не только в биткойне». Понимание приходило не сразу, поскольку люди только свыкались с мыслью о том, что биткойн — это настоящая валюта. Наше послание заключалось в том, что валюта — лишь малая часть общего целого — сети доверия, глобальной сети с невероятными возможностями.

Тогда мы стали говорить: «Обратите внимание на блокчейн, а не на биткойн». Банки подхватили эту сентенцию и решили следовать принципу до конца, объявив: «Блокчейн без биткойна!».

В течение 2015 года мы могли наблюдать эту странную трансформации идеи, когда активно набирали популярность заявления, в духе: «Да дело-то вовсе не в биткойне! Вся ценность в блокчейне. Биткойн долго не протянет, но зато блокчейн сможет изменить мир». Эта волна прокатилась, как глобальная пиар-компания блокчейна. За этим уморительно было наблюдать, поскольку заявления в подобном духе обнаруживают фундаментальное непонимание самой технологии, ценности ее составляющих и принципов ее работы.

Будут ли востребованы коммерческие блокчейны?

Они, несомненно, могут преуспеть в качестве альтернативы еще менее прозрачным централизованным структурам, например централизованным биржам, вроде Swift и DTCC (Депозитарно-трастовая и клиринговая корпорация), и прочим псевдочастным компаниям-монополиям, которые контролируют потоки капитала, отвечают за безналичные расчеты, займы и биржевые товары.

Они способны произвести революцию на биржах Уолл стрит, т.е вытащить их из 70 х в конец 90х. Для банкиров это может оказаться впечатляющим действом. Но лично на меня такая перспектива навевает скуку.

Давайте начнем с технической стороны вопроса. То, что действительно круто — это открытый, децентрализованный блокчейн, т.е блокчейн не подконтрольный центральному управленческому аппарату и доступный любому пользователю, без необходимости получать какие-либо разрешения, потому что сеть доверия не предусматривает практики ограничения доступа, как все, что было до этого. Функционирование блокчейна построено на консенсусе, основанном на принципе подтверждения работы сети — это децентрализованный подход к построению консенсуса и сети доверия в рамках этой системы.

Такое возможно только в том случае, если у вас есть консенсусный алгоритм — децентрализованный и анонимный, подобно тем, что задействуются при подтверждении работы сети, майнинге и в работе биткойна. Иного такого примера пока что нет. Подобный алгоритм работает, только при условии существования вознаграждения, проассоциированного с майнингом, которое является стимулом для продолжения математической соревновательной игры и способствует сохранению баланса между стремлением к личной выгоде и поддержкой доверия в сети. Теперь мы уже знаем, что эта модель работает. Она работает очень хорошо, и за короткий срок оборот сети возрос до нескольких десятков миллиардов долларов — немыслимый результат, и этот факт сам по себе поражает воображение.

Создать блокчейн без биткойна или другой криптовалюты вполне реально, но для этого пришлось бы избавиться от механизма децентрализованного консенсуса, заменив его на центральный комитет, который бы «одобрял транзакции, а не майнил». Допустим, десять крупных банков объединятся, и вместо того, чтобы майнить блоки в процессе открытого состязания, они будут утверждать блоки, т.е. контроль останется у них в руках.

Существует алгоритм под названием Византийский паксос, который представляет собой алгоритм для решения задачи консенсуса в распределенной сети. Этот алгоритм, как правило, называют трехфазовым подтверждением.

Круговая «карусель» подтверждения, где на каждом круге выбирается новый лидер, который утверждает все транзакции. Если вы верите в то, что девять банков лучше справятся с этим, чем один центробанк, и не станут обдирать нас как липку — тогда, вперед!

Однако, эта система не безупречна. Банки могут вступить в сговор, и подменить изначальный блокчейн на нечто другое. С механизмом подтверждения работы сети, который прописан в биткойне, такое просто невозможно. Никто на такое не способен, потому что никто не сможет заставить гигантское количество майнеров использовать свои колоссальные хэшинговые мощности с такой целью. Потому что таким образом блокчейен станет уязвимым, а принцип децентрализации сойдет на нет.

Если новая модель будет передана на поруки круговой карусели вступивших в сговор партнеров, об открытом доступе к блокчейну можно будет забыть. Скорее всего, чтобы присоединиться к такому блокчейну, нужно будет получить специальное разрешение, и почти наверняка этот регистр перестанет быть прозрачным и открытым широкой публике. Полагаю, для получения доступа к новому регистру потребуется предоставить идентифицирующие информацию, что повлечет за собой все мыслимые риски, связанные с возможностью кражи идентифицирующих данных, в том случае, если вы являетесь пользователем и, вместе с тем, превратит блокчейн в драгоценный клад для искателей скрытых истин из Wikileaks. Представьте себе, что будет, когда в сеть утечет блокчейн Lockheed Martin… Мы получим временные отметки о всех проведенных компанией транзакциях. Не могу дождаться этого дня!

Они хотят снова вернуть процесс авторизации пользователя, но это полный идиотизм. Можно создать блокчейн без криптовалюты. Но это не будет открытый децентрализоанный блокчейн, где доверие пользователей обеспечивается за счет математического соревнования, условия которого четко определены и беспристрастны. Вместо этого придется опять довериться третьим лицам, тем посредникам, которые будут утверждать транзакции.

В таком случае, блокчейн превратится в обычный коммерческий проект, который, несомненно, произведет революцию в банковской системе. Но вместе с тем, никогда не станет свободным от границ, поскольку для того, чтобы сохранить контроль над системой, необходимо контролировать личные данные. Это означает, что придется снова вспомнить про старый добрый закон о банковской тайне, правиле «знай своего клиента», о банковских методах борьбы с отмыванием денег, которые лежат в истоках повсеместного экономического неравноправия: люди просто не могут участвовать в банковских процессах. Действуя таким способом, мы лишь воссоздадим былые барьеры.

Естественно, такой блокчейн будет ничем иным как локальной сетью, а локальная сеть — это скучно. Она склонна к стагнации. Она является всего лишь менее безопасной версией чего-то большего. Вы не сможете использовать в ней новые приложения, поскольку корпоративные правила этого не допустят. Это загнивающая псевдо-инновация. В конце концов, она отстает в плане безопасности, поскольку не подвергается скрупулезным проверкам, которые неизменно присутствуют в открытой сети. В то время как биткойн становится все сильнее, локальные сети постепенно истощаются.

Недавно я выступал с презентацией, под названием «Мальчик в пузыре и помойная крыса», — как раз на эту тему. Суть ее сводилась к тому, что локальные сети со временем становятся уязвимыми площадками, участники которых вынуждены пользоваться Outlook, FrontPage и устаревшими версиями Apache. В то время как в открытом интернете, создателям Facebook, Google, Apple и других интернет-приложений приходится идти в ногу со временем. Предусматривать способы защиты. Эти системы должны быть прочными, выносливыми к атакам. Они постоянно эволюционируют и становятся более стойкими.

Тем временем, модель, которую помещают в пузырь, становится «мальчиком в пузыре». Если вы помните эту историю, в 70х один мальчик был вынужден жить всю жизнь в пузыре, поскольку у него начисто отсутствовала иммунная система — это все равно, что растить ребенка в ванне с дезинфицирующим раствором. Такая система скоро превратится в болезненного задохлика.

Биткойн, в свою очередь, не живет в пузыре. Биткойн — помойная крыса. Хромая на одну лапу. Ей сильно расквасили нос в одной из прошлогодних схваток. У нее нет никакой аллергии. На самом деле, вполне возможно, у нее есть парочка бубонных язв, которые она попросту не замечает. Эта система исключительно прочна, динамична и устойчива.

Такова суть основного противоречия 2015-го. С одной стороны мы слышим: «Давайте признаем биткойн! Вот только, сбреем ему бороду, снимем весь пирсинг, оденем в деловой костюм, назовем блокчейном и представим Верховному Совету». Теперь он безопасен. Он соблюдает границы. Мы можем контролировать его, как и все прочие системы. Мы можем огранить доступ к нему и создать антиконкурентную среду, чтобы взять контроль над теми, кто владеет ключевыми долями. В итоге, Биткойн все равно будет более эффективен, чем нынешняя банковская система.

Если все, к чему они стремятся — это «Outlook»-версия для криптовалют, что же, флаг им в руки. Именно такое превращение уготовано всем локальным сетям. Они становятся загнивающими хранилищами контента из Википедии, доступными только через FrontPage и Outlook. Живые люди не переносят стагнации. В конечном счете, успешные, живые, инновационные компании перевернут IT-индустрию с ног на голову. В экономике будущего лишь передовые, развивающиеся и новаторски-мыслящие банки смогут перетрясти всю свою платежную инфраструктуру, сделав ее частью открытой, глобальной финансовой системы, обслуживающей более 6 миллиардов человек, включая всех тех, кто по разным причинам, был лишен финансового обслуживания ранее.

Существует одна странная тенденция. Интернет существует уже 25 лет. Однако если взглянуть на статистику, то мы увидим, что охват финансовым обслуживанием за эти годы уменьшился. Это звучит как полная бессмыслица, если не учитывать тот факт, что в последнее время контроль государства над традиционными валютами и финансовыми потоками заметно усилился, а предоставление персональных данных пользователей стало повсеместным требованием традиционных сервисов, в связи с чем все транзакции можно с легкостью отследить.

Традиционные системы ограничивают сами себя, следуя стремлению максимально жестко контролировать пути перемещения денежных средств — якобы во имя защиты от террористической угрозы и противодействия отмыванию денежных средств. Что, конечно, первостатейный бред, потому что только HSBC ежегодно отмывает миллиарды. И так было всегда, со времен его появления, во времена опиумных войн, и никто из них за это время пока что не сел в тюрьму. Зато, если, не дай бог, подросток купит косячок за биткойны, все тут же будут на ушах стоять.

Чем же все это обернется? Главный вопрос в том, сколько еще миллиардов жизней нужно бросить на алтарь борьбы с отмыванием денег, потому что на сегодняшний день число жертв уже приблизилось к 4 миллиардам. Четыре миллиарда человек, существующих в ужасающей бедности, лишенных доступа к простейшим банковским услугам и финансовым сервисам, и все из-за правила «знай своего клиента», борьбы с отмыванием средств, национальных границ и закрытости локальных сетей.

Невозможно добиться глобального охвата финансовыми и экономическими услугами, имея в основе закрытую систему, работающую по принципу «предъявите ваши документы» и «подтвердите свою личность», в рамках которой все транзакции жестко контролируются. Может получиться только глобальная анти-утопия, существующая под строгим надзором властных структур. Вся наша финансовая система уже стремительно движется к той стадии, где малейшая деталь находится под жестким надзором. Биткойн же стремительно движется в противоположном направлении. Никакой авторизации, по определению, вместо подставных лиц — полностью анонимная система, которая со временем становится все более надежной.

В результате, модель существует вне границ. Никаких ограничений, в духе «знай своего клиента». Никакой псевдо-борьбы с отмыванием денег. Биткойн не следует этим правилам, поскольку они придуманы финансовой элитой, стремящейся сохранить свои привилегии. Цена сохранению существующей парадигмы — нищенское существование 4 миллиардов людей.

Означает ли это, что банки и другие финансовые институты будут пытаться внедрить в блокчейн централизованное управление?

Абсолютно верно. Дело даже в не в том, что они пытаются взять под контроль блокчейн. Дело в том, что они исходят из ошибочного положения что для безопасности финансовой сферы, ее надо непременно контролировать. Для поддержания безопасности и контроля, необходимо ввести процедуру идентификации. Для того, чтобы ее внедрить, необходимо контролировать все оконечные точки, кроме того система должна быть закрытой. Для того чтобы система оставалась закрытой, необходимо ограничить доступ к ней и придерживаться максимально централизованной модели управления.

Если вы хотите добиться сквозного управления, вы не можете допустить утечек из системы, потому что именно так отмываются деньги (деньги простых смертных, а не богатой элиты. «Нам нет до вас дела», — как бы говорят власть имущие

В конечном итоге, они делают систему все более и более централизованной, в отчаянной попытке осуществить мечту, зародившуюся еще в 70х: о том, что можно построить идеальную диснеевскую версию экономической системы, где все финансовые потоки прозрачны и подконтрольны.

Когда они заводят разговор о политике «знай своего клиента» и о противодействии отмыванию доходов, они подразумевают, что вся финансовая информация должна проходить через них. И если вдруг деньги ЦРУ заработанные на торговле оружием утекут в Китай, этого никто не заметит. Зато ЦРУ будет в курсе движения средств сирийских диссидентов. Это всегда игра в одни ворота .

Так или иначе, чтобы не сильно углубляться в политические дебри, вернемся к сути: деньги из наличных уже давно трансформируются в цифровые объекты, и мы наблюдаем попытку ограничить это глобальное цифровое пространство неким гигантским центральным компьютером, чтобы обрести над ней полный контроль. Однако проблема в том, что в рамках централизованных систем, склонный к коррупции центральный аппарат дает себе волю. Этот фактор способствует ослаблению всей системы, в итоге, следуя парадигме централизации управления из соображений усиления контроля, на выходе мы получаем весьма уязвимые рынки, слабые экономические модели, слабые валюты и разрастающуюся коррупцию.

Компании, отвечающие за движение финансовых потоков, в первую очередь, проводят транзакции своих друзей и задерживают транзакции своих конкурентов. Причина жизнеспособности такихх ригидных рынков в том, что привилегированный доступ — их основное правило игры.

Чего хотят банки? Тот же блокчейн, только гораздо более централизованный, позволяющий контролировать все биткойны. И уж точно они не хотят, чтобы эта разнородная армия маргиналов создавала им конкуренцию, в то время, как можно стать монопольными владельцами аккуратно поделенного рынка, где все разложено по полочкам. Однако они все же не хотят получить еще одну централизованную биржу. Для них и такая урезанная версия блокчейна — это существенная либеральная реформа. Это децентрализация собственных торговых платформ. Масштабы централизации в их понимании катастрофически недооценены.

На мой взгляд, даже биткойн, поистине транснациональная, ликвидная и полностью децентрализованная валюта — это еще не предел. Существуют куда более децентрализованные, тайные и анонимные валюты, если сравнить их  с биткойном. Но у биткойна есть потенциал. У него есть запал. Он уже завоевал определенное признание и у него еще хватит энергии, чтобы охватить тех, кто остался в стороне. Таков контекст, в котором он существовал на протяжении всего 2015.

Почему среди миллионов пользователей, которые были ранее лишены банковского обслуживания, биткойн набирает популярность так медленно?

У них нет доступа к информации. В этом все дело. Сейчас идет седьмой год существования технологии. В этом году, 3 января биткойну исполнилось 7 лет. Первые три года он просуществовал в безвестности, так что на самом деле, даже техническая элита узнала о биткойне всего четыре года назад, и лишь пару лет назад о нем начали хоть что-то писать газеты.

Нынешнее положение биткойна напоминает ситуацию с интернетом в 1992. Проблема в том, что если бы в 1992 вы спросили меня «почему социальные сети работают так вяло? Почему Китай не пользуется интернетом? Почему мы не наблюдаем коммуникационной революции, инициированной появлением этой замечательной платформы? Вы, ведь, говорили, что она принесет миру свободу. Где все это?» Если бы вы спросили об этом в 1992, вы были бы абсолютно правы. Ничего из перечисленного еще не было и в помине.

Сейчас Биткойн находится на той же стадии. Технология еще не достигла зрелости. Еще только полтора года назад у нас еще не было даже достойных мобильных кошельков. Ликвидность? Мы сейчас говорим о ликвидности сети, стоимостью 6-7 миллиардов долларов — этого мало даже для обеспечения сектора денежных переводов, который представляет собой существенный сегмент рынка.

Сейчас мы можем наблюдать небольшие очаги признания. Удивительные вещи происходят на Филиппинах, возьмем для примера rebit.ph. Несомненно, Китай сейчас проявляет повышенное внимание к биткойну, особенно на фоне слабеющего юаня: криптовалюты становятся спасительной гаванью для владельцев капитала.

Однако наивно было бы полагать, что столь новая технология сразу же захватит весь мир, особенно те его части, где интернет толком не развит, а у большинства населения нет смартфонов. Существуют проекты, которые предлагают использовать биткойны посредством смс-сообщений или при помощи посредников. Однако они небезупречны, поскольку предполагают определенный уровень централизации, а значит, влекут за собой риски, связанные с возможностью обмана пользователей и кражи биткойнов, поэтому это не самая удачная идея.

В ближайшем десятилетии Биткойн вряд ли существенно изменит экономические условия стран третьего мира. Такова горькая правда. Мы можем видеть небольшие очаги распространения технологии. Например, аргентинские цифрудиты, благодаря немыслимому стечению обстоятельств, имеющие доступ к технической инфраструктуре, в достаточной степени владеющие английским и арифметической грамотностью, а также технически подкованные. Это среда молодых предпринимателей. В их стране прогрессирует масштабный валютный кризис, денежные потоки жестко контролируются, гиперинфляция зашкаливает, а возможности для экспортно-импортного бизнеса начисто отсутствуют.

Уже существуют маленькие островки биткойн-активности, возникшие как следствие дефективности традиционных экономических моделей. Например, некоторые области экономики, бьющиеся в предсмертных судорогах, превращаются в оплоты биткойн-активности. Все еще только начинается. Рассуждать о том, почему страны третьего мира не используют биткойн, все равно, что рассуждать о том, почему в интернете начала 90х не было Netflix.

Каким образом блокчейн может способствовать развитию таких правовых механизмов, как регистрация права собственности (при возможности с легкостью передать право владения другим лицам), регистрация идентифицирующей информации, прозрачная система голосования и самореализующиеся контракты?

Я полагаю, что все эти инструменты и другие способы применения технологии не являются аналогами существующих правовых механизмов в децентрализованном воплощении — за ними будущее, и они стали возможны благодаря технологиям, существующим в рамках децентрализованной сети доверия.

Если мы будем воспринимать биткойн, как децентрализованную платформу доверия, которая надежно фиксирует факты в общедоступном регистре, будь то данные о владельце активов, валюты или что-то еще, тогда все эти инструменты станут нашим будущим.

Вопрос в том, когда они станут реальностью и в какой последовательности ? Какие из этих инструментов являются лишь слепками наших представлений о том, что нам может понадобится в будущем, основанные на предыдущем опыте, а какие являются действительно инновационными разработками?

Например, я часто замечаю, как много внимания некоторые деятели, заинтересованные в биткойне, уделяют авторизации и репутации пользователей. На мой взгляд, репутация и авторизация — всего лишь способы защиты от рисков невыполнения обязательств и недобросовестного поведения партнеров. Весьма несовершенные способы, к слову. Эти механизмы являются атавизмами ушедшего мировоззрения. Я полагаю, что мы способны достичь гораздо большего с помощью анонимных сетей, используя псевдонимы, мы можем диверсифицировать риски, не прибегая к механизму идентификации, что, с моей точки зрения, является более перспективным путем, чем попытки внедрить в биткойн именные смирительные рубашки.

Что касается прозрачности голосования, полагаю, главный вопрос в том, какую проблему мы пытаемся решить, — вопрос который встает каждый раз, когда гики лезут в политику. Какую проблему мы пытаемся решить, реформируя систему выборов: удостовериться в честности голосования? У нас, в общем-то, нет проблемы с подтасовкой результатов, по крайней мере, в США.

Некоторые партии периодически вытаскивают из рукава факты о нарушениях при голосовании и раздувают из них сенсацию. Есть проблемы с регистрацией результатов, что не равнозначно проблеме подтасовки результатов.

Реальная проблема — это непреодолимая апатия и полный контроль над процессом выборов со стороны 1% власть имущих, посредством финансирования предвыборных кампаний, и эту проблему невозможно решить, просто переведя процесс в цифровую плоскость. По сути, думаю, карандаш и бумага — самый надежный вариант в данном случае.

Повторюсь, что многие проекты применения блокчейна являются лишь продолжением поисков решения насущных проблем последнего десятилетия: «Может, попробуем прилепить блокчейн или биткойн поверх того, что было и тогда проблема решится?» — вместо того, чтобы думать о том, что мы можем решать какие-то проблемы совершенно иначе с помощью этих технологий.

Давайте будем воспринимать биткойн не как еще одну валюту, а как платформу доверия, предоставляющую нам программируемую среду, в которой можно комбинировать условия, воспринимаемые как нейтральные, участниками сети доверия. Я подразумеваю то, что это неимоверно мощная идея, и с ее помощью можно делать невообразимые вещи в децентрализованном порядке, — помимо операций с валютой.

Могут ли существовать подобные децентрализованные платформы доверия без майнинга и алгоритма подтверждения работы сети?

Скорее всего, нет. Мы еще не знаем наверняка. Может быть, будет создан более совершенный консенсусный алгоритм. Если говорить о свойствах майнинга, то пропускная способность — не его конек. Майнинг обеспечивает нам нечто другое: свободу. По сути, мы покупаем свою свободу ценой производительности системы. Наиболее эффективная система для хранения данных, которую только можно создать — это полностью централизованная система. Вы можете создать невероятно эффективную систему, которая будет обрабатывать миллиарды транзакций в секунду, но вся власть и контроль будут сосредоточены в одних руках.

Биткойн как бы говорит нам: «Мы распределим контроль и доверие между огромным количеством участников сети и затем позволим им реализовать свою власть самым децентрализованным образом, не обнаруживая при этом собственных персональных данных». Эта схема исключает коррупцию, в ней невозможно принудить кого-то к каким-либо действиям, поскольку никто не знает, кто есть кто. Это децентрализованная система доверия. На сегодняшний день, мы не знаем лучшего способа создать подобное.

Хотя, вполне возможно, что такой способ существует. Консенсусные алгоритмы — это новая отрасль программирования, она возникла, по мнению некоторых, всего четыре года назад. В университетах эта дисциплина появилась не более двух лет назад, в качестве объекта пристального изучения. Без валюты пока не обойтись. Без майнинга — тоже.

Майнинговые пулы становтся все более централизованными, все меньше игроков остается на сцене. Следует ли об этом беспокоиться? Можно ли с этим что-то сделать?

Многое меняется на этом фронте. Начнем с того, что понятие «майнинговый пул» представляет собой специфический технический конструкт, позволяющий координировать активность группы майнеров, с целью более равномерного распределения майнерского вознаграждения. Это почти что лотерея, в которую можно играть командой: выигрыш будет не столь велик, но получать его можно будет существенно чаще, что дает возможность рассчитывать на некий постоянный источник прибыли, вместо того, чтобы «срывать крупный куш раз в полгода».

С пуассоновским распределением крупный куш дает относительные выгоды. А что если следующей награды придется ждать еще девять месяцев, а не шесть? А кто будет оплачивать счета за электричество? Эту проблему призваны решать майнинговые пулы.

Существует около дюжины майнинговых пулов, три из которых очень мощные. Ими владеют около 100 различных компаний, поддерживающих работу майнинговых серверов и ферм, из которых около полудюжины ответственны за подавляющий объем хэшрейта. Это проблема.

С другой стороны, это лишь артефакт специфического периода в развитии технологии: когда биткойн только появился, майнеры добывали монеты исключительно на центральных процессорах ЦПУ.  Затем майнинг мигрировал на графические процессоры, затем на ПЛИСы (програмируемые логические интегральные схемы), потом появились майнеры ASIC – процесс занял пять лет.

Последние два года майнеры использовали исключительно специальные интегрированные микросхемы (ASIC), что означает, что майнеры начали реализовывать майнинговый алгоритм с помощью параллельных устройств, отдельных кремниевых чипов. Сначала это были чипы с плотностью 28 нанометров, потом 24, затем 22. Последняя модель –16 нанометров.

Плотность размещения транзисторов?

Верно. Шестнадцать нанометров – это современная характеристика профессиональных майнеров и графических процессоров. В целом, биткойн прошел путь от забавы для гиков до невероятных специализированных кремниевых чипов, которые выпускаются сотнями тысяч экземпляров. Если у вас есть 10 миллионов долларов, чтобы вступить в игру, вы можете закупить партию, договориться о сотрудничестве с заводом полупроводников и создавать свои собственные модели.

Гонка вооружений длилась около 2 лет. Но в итоге участники неизбежно столкнулись с законом Мура. В конце гонки всех победителей ожидала стена, об которую биться бессмысленно. Просто, на данный момент нет ничего лучше 16 нанометров. До этого мощность майнинговых устройств ежегодно возрастала в сотни, а иногда и в тысячи раз. Теперь, следуя закону Мура, нас ждет увеличение мощности всего лишь в два раза каждые полтора года. Это и есть стена. И по достижении стены уже не важно, сколько транзисторов поместить на чип, или даже какую производительность удастся выжать из каждого конкретного ватта электричества. Важно лишь, сколько у вас чипов и как плотно вы можете их утрамбовать, что полностью меняет правила игры. У меня здесь есть небольшой компьютер, спроектированный компанией  21 Inc, которая является заметным стартапом в мире Биткойна. Они стремятся сделать майнинг более доступным для обычных пользователей, с этим умыслом они разместили чип последнего поколения в маленьком устройстве, которое я постоянно использую – затраты (электроэнергии) невелики, но зато оно позволяет мне делать некоторые интересные вещи.

Если им удастся продать 100 000 таких устройств, то централизации в сфере майнинга просто придет конец. Люди пока что этого не понимают, но у промышленных майнеров нет никаких преимуществ над другими пользователями за счет эффекта масштаба. Если есть причины использовать майнерское оборудование – а они есть, особенно в тех частях мира, где небольшая выгода от солнечной панели имеет значение  (тем более этот небольшой доход от солнечной панели, прикрепленной к крыше хижины, будет иметь значение, если он будет поступать в международно-признанной криптовалюте) – внезапно это уравнение может решится таким образом, что майнинг вмиг станет сверх-децентрализованным, как это и было изначально задумано.

Поэтому, игра еще не закончена. Многие люди, наблюдающие эту волну, и экстраполирующие ее воздействие, еще не осознают до конца, что мы уже сейчас находимся на гребне волны, потому что мы уже достигли пика в 16 нанометров, и у кремниевых чипов больше нет резервов, мы не можем существенно увеличивать мощность дальше. Теперь все дело в объемах производства, а объемы обеспечивают компании вроде Samsung и Qualcomm. Они производят товары для потребителей. Останется только донести товар до покупателя. Правила игры стремительно меняются. Рынок майнинга уже невозможно монополизировать.

Сам по себе новый розничный майнинг-рынок сформируется лишь через год. Потребуется время для того, чтобы обеспечить складские запасы и донести до потребителя товары. Возможно, даже пару лет пройдет, пока потребительский рынок станет многочисленным. Однако процесс уже запущен.

Я никак не могу понять, что же произойдет, когда майнерское вознаграждение иссякнет вовсе? Каков будет стимул для майнинга в таком случае?

Если вкратце, то ответ таков: комиссии за проведенные транзакции. На настоящий момент, блок формируется из тысячи подтвержденных транзакций, это примерная цифра, а награда майнера составляет 25 вновь отчеканенных биткойнов эмиссионного дохода, и около 0,1 биткойна комиссионных. Таким образом, за вычетом новых биткойнов, за 1000 транзакций вы получите 0,1 биткойнов.

Если взглянуть на блоки при помощи Block Explorer или другого подобного ресурса, можно увидеть майнерское вознаграждение. Вы увидите, что эта сумма будет выглядеть как 25, 11357. Из этой суммы 25 – новые биткойны, а 0, 11357 – это комиссионные. Сама по себе награда уменьшается в два раза каждые четыре года, а число транзакций в блоке увеличивается, по мере роста числа пользователей, и стоимость биткойна увеличивается, по мере роста числа пользователей, а сумма комиссионных остается практически неизменной, или, в долларовом выражении, если сегодня это 250 долларов к 1, то через какое-то время это соотношение может превратиться в: 1 к 10 000. То есть, за майнинг одного блока, состоящего из 10 000 транзакций, вы получите 1 сатоши награды, но комиссия за подтверждение каждой транзакции также будет стоить, как минимум, 1 сатоши.

Награда майнера в размере 10 001 сатоши будет выглядеть так : 1 сатоши из новых монет и 10 000 сатоши комиссионных. Тогда почти все вознаграждение будет состоять из комиссионных. В какой-то момент пересечения кривых соотношение частей будет равным.

Так и было задумано. Протокол спроектирован таким образом, чтобы постепенно, пошагово сокращать размер эмиссионной части награды до того, как объем транзакций не возрастет настолько, что даже при низкой стоимости самой транзакции, поддержка сети посредством майнинга будет все равно вознаграждена за счет стоимости транзакций. Майнинг не прекратится никогда.

Однако приходится учитывать весьма конкретную стоимость электроэнергии. Из каких цифр вы исходите, когда говорите о том, что комиссия майнеров по-прежнему будет экономическим стимулом. Тогда стоимость биткойна должна сильно возрасти, не так ли?

Да, она станет существенно выше. Представьте себе денежную базу в размере 21 миллиона биткойнов, в экономике это понятие описывается термином M0 (произносится как «M-ноль»). В экономической системе США, например, M0 составляет около 5-8% от всей массы денег в обращении. Итого, лишь 5-8 % нашей валюты существует в виде изначальной денежной массы.

Затем вступают в игру различные системы дериватов, повышающие оборачиваемость денег, такие, например, как частичное банковское резервное (большая часть валюты эмитируется именно банками!) и многие другие, в итоге, каждая валютная единица проходит через многие руки, в результате образуя существенно более объемную экономическую систему. Если представить себе, что 21 миллион биткойнов – это M0, а объем экономики биткойна будет соответствовать, скажем, 1 трлн долларов, то да, мы увидим существенный прирост стоимости.

Впрочем, есть кое-что еще: майнинг – не самое прибыльное занятие в долгосрочной перспективе. По сути, это динамически меняющееся уравнение, реализующееся посредством майнинга, которое предполагает, что чем большие усилия прилагают майнеры, тем сложнее становится процесс. Однако актуальна и другая часть уравнения, предполагающая, что если майнинг не будет прибыльным относительно объема затраченных усилий, майнеры станут выходить из игры.

По мере того, как число майнеров будет снижаться, будет снижаться и сложность процесса, тем самым уравновешивая систему.

Если выгода перестанет оправдывать затраченные усилия на майнинг, число майнеров будет падать. Первыми отключатся области, показывающие наименьшую производительность в плане конвертации ваттов в биткойны. Высокая стоимость электроэнергии, традиционно отталкивающая майнеров в места с меньшей стоимостью электроэнергии, возобновляемыми источниками энергии, бесплатной электроэнергией, например, от солнечных панелей, в результате стимулирует и оптимизацию майнинговых чипов, с точки зрения их эффективности. На самом деле, все остальные комбинации не будут эффективны. Большинство из них не эффективны уже давно.

На сегодняшний день существует ограничение пропускной способности Биткойн-сети — семь транзакций в секунду. Может ли эту проблему решить, например, увеличение размера блока? Что вы думаете по этому поводу? Настанет ли такой день, когда пропускная способность Биткойна догонит Visa, которая, как я слышал, способна обрабатывать от 4 000 до 10 000 транзакций в секунду?

Кое-кто уже пытался создать симулякр Биткойна, со всеми его ограничениями, но с некоторым числом гипертрофированных черт, позволяющих достичь пропускной способности Visa в сезон рождественских распродаж – самый активный период в году.

По многим причинам большинству из нас не хотелось бы, чтобы Биткойн достиг той же пропускной способности, что есть у Visa, если это достигается ценой централизации сети. Одна из особенностей Биткойна заключается в достижении компромисса – ценой производительности сети мы стараемся сохранить нейтралитет в рамках сети, так мы строим децентрализованную сеть доверия.

Такой компромисс всегда будет достижим лишь ценой меньшей производительности, чем есть у Visa. Однако для того, чтобы пользоваться сервисом Visa, вам нужно всего лишь отказаться от всех политических свобод и передать ей полновластный контроль над всей экономической системой – тогда мы получим так много транзакций в секунду, сколько нужно. Только не удивляйтесь, если ваши платежи не достигнут, например, WikiLeaks, потому что правительство позаботилось о том, чтобы отрезать проект от сети. (Кстати, именно этот прецедент заставил многих повернуться в сторону Биткойна, и именно поэтому основным средством финансирования проекта является биткойн, но я отвлекся.)

Нет причин, по которым Биткойн нельзя было бы масштабировать до определенных пределов. Увеличить определенные характеристики на несколько порядков и вот уже есть целый ряд предложений, позволяющих решить эту задачу. Лимит в семь транзакций в секунду — это, в первую очередь, мера защиты от Dos-атак. Он существует, потому что нет необходимости в большем объеме, разве только транзакции будут бесплатными — в этом случае многие из них почти наверняка будут спамом.

Нулевая комиссия за транзакции далеко не всегда является благом, поскольку она провоцирует асоциальное поведение в рамках сети. Так или иначе, Биткойн можно масштабировать. Однако гораздо более вероятен такой вариант, при котором биткойн будет являться своеобразной резервной валютой и клиринговой системой для экосистемы: джунглей и других разновидностей валют, характеризуемых различной оборачиваемостью, которые больше подходят для реализации определенных финансовых услуг — через  банки или в обход банков, для оплаты чашечки кофе и т.д. Биткойн тоже способен справиться с этими задачами, но скорее всего у нас будут для этого более специализированные валюты.

Идея о том, что нам необходима одна единственная валюта, которая одержит победу над всеми остальными, больше не соответствует действительности. Я полагаю, те качества. Которыми должен обладать Биткойн, и чего мы пытаемся от него добиться — это суперустойчивость, и сверхнадежность, мы хотим видеть его абсолютно неуязвимой, транснациональной сетью доверия, с помощью которой можно осуществлять расчеты и заключать сделки. В рамках этой сети можно будет эффективно осуществлять какие-то платежи, но для самых мелких микроплатежей лучше будет использовать параллельные технологии. Представьте себе биткойн, как по-настоящему могучий, широкий ствол криптовалютного древа. Кое-какие манипуляции удобнее делать с тонкими хлесткими прутьями, потому что они обладают большей гибкостью, но ствол держит на себе всю крону.

Что может помешать злоумышленнику создать миллион ботов, которые будут пересылать друг другу по 1 сатоши, и в итоге перегрузят сеть настолько, что процесс обработки данных замедлится до нуля?

Ответ очень прост. Этому помешает свершиться то, что уже однажды помешало, когда такое происходило в реальности. И в другой раз, когда происходило нечто подобное — атака была отражена. За 7 лет существования этой юной криптовалюты проверок, на прочность и изнурительных DOS-атак было предостаточно, чтобы закалить ее имунную систему. Биткойн — не “мальчик в пузыре”, а помойная крыса. Вот уже семь лет она сражается среди всякого дерьма и на нее уже спускали много псов. Так обстоят дела сейчас, так было 2 года назад — тогда мы приняли определенные меры для защиты от DOS-атак, которые также подверглись проверке на прочность и стали еще более совершенными, в результате.

Этот вопрос сродни тому, почему в 2016 Google не уязвим для DOS-атак, тогда как в 1999 его работа могла замереть на день под их напором. Ответ на него заключается не в том, что подобные  атаки уже невозможны и не повторятся впредь, а в том, что они происходят постоянно, с самого начала. Система научилась выживать и приобрела иммунитет к такого рода нападкам. Работа Биткойна будет замедляться время от времени, короткие прерывания в обслуживании возможны, но система станет еще сильнее, поскольку она постоянно выживает под обстрелом.

На настоящий момент в сети Биткойн есть масса ограничений. Семь транзакций в секунду — максимально возможный объем транзакций в обработке, лимиты по минимально возможному размеру транзакций, которые различные узлы способны транслировать (их устанавливает оператор узла), минимальная сумма комиссии за каждый обработанный килобайт и т.д. Все эти ограничения препятствуют успешному развитию докучливых атак (при отсутствии существенных затрат со стороны атакующих), и позволяют удостовериться в том, что большинство биткойн-транзакций остаются финансово-целесообразными, о чем свидетельствуют комиссионные выплаты со стороны отправителей за обработанные килобайты. Это устойчивая рыночная система и она отлично работает.

Каковы ваши ставки на Эфириум?

У меня есть некоторое количество эфиров, если ваш вопрос об этом. Я участвую во некоторых разработках в этой нише. Я изучал Эфириум с первых дней его существования. Я был одним из тех немногих, кому создатель Эфириума Виталик Бутерин прислал свой доклад об Эфириуме еще до того, как опубликовал его в сети. Меня весьма впечатлил этот проект с самого начала.

В работе Эфириума присутствует та же динамика сети доверия и задействуется тот же консенсусный алгоритм подтверждения работы сети для заключения децентрализованных контрактов. Эти контракты, естественно, представляют собой более функциональные программируемые сценарии, чем те, что есть в Биткойне. Программный язык Биткойна —намеренно ограниченный, неполный по Тьюрингу. Так было сделано намеренно, чтобы обеспечить повышенную защиту системы. С тех пор Биткойн существенно повысил свою способность к выполнению различных задач. Таким образом, сейчас многие смарт-контракты можно заключать непосредственно в Биткойне.

Подход Эфириума разительно отличается. Он нацелен на обеспечение максимума возможностей для программирования контрактов. Естественно, Эфириум существует в рамках облачной сети доверия с децентрализованной системой безопасности. Это совершенно иная ниша. В ней есть масса полезных приложений. Однако важно понимать: Эфириум — не соперник Биткойну. По сути, он синергичен Биткойну. Свой первый эфир я купил за биткойны. Я буду и впредь заключать контракты в Биткойне. Как и многие другие валюты, Эфириум — одна из ветвей большого дерева стволом которого является Биткойн.

Источник: Medium.com

Автор: Марк Фроэнфелдер



Categories: Важное, История, Образование, Общество, Экономика

Tags: , , , , ,

31 replies

  1. “Биткойн — потрясающая штука. Мы хотим его использовать. Нам не нравится только то, что эта сеть — децентрализованная, пиринговая и общедоступная. А давайте-ка, мы возьмем технологии Биткойна и вместо него создадим собственную версию: ручную, централизованную, с закрытым доступом и обязательной идентификацией всех участников?”

    хорошо он описал криптовалюту мечты любого государства, только никто добровольно такой валютой пользоваться не будет. в отличии от битка.

    • Только никто добровольно такой валютой пользоваться не будет

      Государственники будут, для них государственное и подконтрольное – значит хорошее.
      Добровольно и в церковь ходят, и в КПРФ вступают. Не стоит выдавать желаемое за действительное – государство поддерживают не только правители и чиновники, но и “народ”. А представители народа хотят, чтобы государство заставляло их (и других) делать то, что они добровольно делать не будут.

      Это вредное для противников государства заблуждение, что государственность навязана исключительно силой полицаев и народ с радостью откажется от государства, имея такую возможность.

  2. Андреас Антонопулос о AML/KYC:

  3. Публичные блокчейны всегда будут иметь своё особое преимущество перед частными блокчейнами , которые будут в скором будущем использовать банки и другие учреждения для своих нужд . Если им нравится идея частных блокчейнов , то пусть ими пользуются , сами пусть их поддерживают , тут мы не вправе их останавливать . Таким образом мир разделится на две части . Первая часть это публичные блокчейны для людей . Вторая часть это частные блокчейны для корпораций . Каждый тут получает своё . Люди используют публичные блокчейны для своих нужд , проведения различных операций в сети доверия . А корпорации используют для себя частные блокчейны . При этом не исключено то что будет использована прокладка между частными и публичными блокчейнами , которая будет их объединять . Вернее частные и публичные блокчейны таким образом через эту прокладку будут взамодействовать и друг с другом сотрудничать . Её в NEM / Mijin уже назвали Catapult . Catapult как прокладка соединяет собой частные блокчейны Mijin , которыми пользуются десятки тысяч частных корпораций по всему миру , с публичным блокчейном сети доверия NEM . Таким образом произошло не разъединение а наоборот объединение людей из сети доверия с частными корпорациями которые функционируют через свои частные блокчейны так как никому не доверяют и пока побаиваются публичного блокчейна , сети доверия NEM . Неизвестно сколько продлится их боязнь публичного и открытого блоечейна NEM . Но в будущем они обязательно поймут как сеть доверия , новый интернет , безопасна , и ей можно доверять также как доверяют ей 7 миллиардов людей на планете . На самом деле для осознания этого нужно дать им этим десяткам тысячам корпораций по всему миру время . И тогда когда они поймут ценность публичного блокчейна NEM , то они массово будут переходить работать с частных , не безопасных кстати , блокчейнов на публичный блокчейн NEM , который вместит в себе огромное множество корпораций со всего мира и вместе они все будут составлять экосистему сети доверия , в которой будут и люди , 7 миллиардов людей , и корпорации , которых десятки тысяч по всему миру . Надо подождать время и они всё поймут как это круто когда твой банк работает на публичном блокчейне и к нему тянутся люди со всего света . Даже с тех мест и уголков планеты где нет банков и не одного финансового учреждения . Публичные блокчейны расширяют границы и снимают все ограничения . У первых банков и первых платёжных систем в сети доверия NEM будет очень много клиентов из тех стран где этого всего нет и врятли когда будет . Сеть доверия позволяет без всяких верификаций и фейс контролей иметь банковский счёт , который никто не имеет права в сети доверия , на публичном блокчейне NEM , заблокировать , или как – то препятствовать пользованию счёта . Поэтому +10 в пользу публичного блокчейна .

    • Сеть доверия позволяет без всяких верификаций и фейс контролей иметь банковский счёт

      А банки и госрегуляторы – не позволяют.

      который никто не имеет права в сети доверия , на публичном блокчейне NEM , заблокировать , или как – то препятствовать пользованию счёта .

      У банков есть обязанность блокировать подозрительные счета, и перевод банков на блокчейн либо ничего не изменит, а если банки в результате такого перехода потеряют контроль над счетами – государство запретит банкам переходить на такой блокчейн.

  4. “Когда программист Андреас Антонопулос впервые услышал о биткойне в 2011, он отмахнулся от этой идеи, посчитав биткойны «деньгами для гиков». Шесть месяцев спустя он наткнулся на оригинальную статью Сатоши Накамото, датированную ноябрем 2008. Этот девятистраничный, безобидный, на первый взгляд, документ предлагал модель перемещения большого спектра финансовых сервисов в глобальную распределенную криптографическую сеть, не принадлежащую отдельно взятой фигуре или группе лиц.”

    И сейчас сидит и кусает себя за одно месте, что ж он так облажался и упустил свой шанс 😉

    • Вообще-то, на данный момент Антонопулос – самый востребованный спикер по биткойн-тематике. Берет по $5000 за часовое выступление – в биткойнах, естественно. И это не считая консалтинговых услуг. Так что, насчет шансов у него все нормально. 😉

      • Значит нашел свою нишу. Молодец не то слово. Что бы так лихо совмещать полезное с приятным, эжто надо уметь. 😉

      • Интересная статья. Спасибо.
        Именно такие одепты и привели биткойн к нынешнему состоянию.

  5. Классная статья, на многое открывает глаза. Но в возможность полностью децентрализованного майнинга не верю.

  6. Очень вкусная и содержательная статья, помещу в закладки. Спасибо за перевод отправлю донатом!
    Насчет перспективной децентрализации майнинга, все возможно по мере того как будут популяризоваться отопительные приборы на самых топовых чипах. Однако остановкой гонки вооружений, в которой имхо коммерческое преимущество сейчас стабильно получают комплексные решения (типа промышленного асика на 380-400В и 25кВт с продуманным охлаждением), по идее может считаться не только достижение 16-нм барьера в чипах. Есть и другие значимые факторы:
    1. Рост капитализации криптовалюты, который позволяет эффективно реинвестировать более крупным майнерам в удержание или расширение доли в общей добычи. Скажем с владельцем майнингового ДЦ скупающего энергию у ГЭС за 1 рубль 30 копеек/кВтЧ, будет проблематично конкурировать владельцу трех бытовых асиков с подключением к солнечным батаерям (стоимость от 15 рублей/кВт и выше). Потом у владельца малого числа устройств, очень велики риски потерь из-за простоя или полного выбывания и строя даже единственного асика.
    2. Плавное завершение эмиссий биткойнов. Тут надо отметить, что скупка монет на бирже только до определенных объемов может считаться более выгодной инвестицией, чем майнинг. По крайней мере если цель получить именно большое число монет, действует фактор ограниченного предложения. И если богатый инвестор имеет план купить миллион монет, на криптовалютных биржах ему придется выложить возможно десятки миллиардов долларов, т.е. больше чем сейчас стоят все добытые 15 млн. монет. Только потому, что после быстрого выкупа 500к, цена вырастет многократно и предложение резко испариться – мало кто захочет продавать во время туземуна. При этом намайнить миллион монет, задача вполне реализуемая за несколько лет: надо владеть очень заметной долей добычи и только-то. Рынок конечно тоже отреагирует, на такой майнинг “впрок”, но гораздо менее заметно чем на прямую скупку.

    • Спасибо за высокую оценку статьи и за поддержку!

      Согласно розничной майнинг-модели, которую предлагает, скажем, 21, потребители займутся не обычным майнингом, а массовым “микро-майнингом”. Каждый девайс типа компьютера, телефона, планшета и т.п. будет по умолчанию в минуты простоя работать над накоплением нового “системного ресурса” – сатоши. Эти сатоши понадобятся для прозрачной оплаты различных API, доступа к контенту, типсов и улучшение экспириенса пользования сетью.

      Эта модель предполагает, что потребление энергии девайсом будет увеличиваться настолько незначительно, что пользователи, по большому счету, не будут принимать это во внимание – как сейчас, никто особо не трясется на тем, сколько тянет из розетки их мощный гейминг-компьютер, и не переходит на Chromebook только лишь бы сэкономить электричество.

      Конечно, найдутся фанаты, которые построят у себя на чердаке мини-фермы на солнечных батареях, но для фанатов и экономика уже не будет иметь решающего значения. Так или иначе, промышленным майнерам (для которых энергия все же что-то стоит) придется конкурировать с массовым майнингом, который стоимость энергии, по большому счету, учитывать не будет вообще.

      А решающее преимущество в виде раннего доступа к более производительным чипам майнеры-индустриалы потеряют – все будут работать примерно на одинаковых массово производимых (и потому дешевых) чипах.

      • ну дак мириады этих микроасиков можно будет объединить в пулы (21 Inc сам по-моему это хочет) и эти пулы опять смогут подобраться к 51% – на это ответа в статье как-то я не нашел ..

        • Да, это возможно. Однако, история а-ля “ХХХ пул собрал почти/более половины мощности сети! OMFG, все пропало!” на протяжении всего существования биткойна уже повторялась неоднократно, и в реальности ничего страшного ни разу не произошло. Экономические стимулы против атаки сети со стороны пулов работают как надо.

      • Конечно рассуждать категорически не стоит, но я придерживаюсь абстрактно следующей модели:
        1 промышленный майнер зарабатывает столько-же, сколько 10000 простых граждан на домашних устройствах. Когда приходит ещё 10000 граждан с асиками, многие из оных становятся инвесторами в биткойн и капитализация криптовалюты растет на ΔX, что позволяет промышленному майнеру добавить сколько-то устройств в свой ДЦ, и при этом увеличить свою долю в добыче относительно доли всех миноритариев (стоимость апгрейда для него априори наименьшая). Собственно когда в майнинге будут участвовать сотни миллионов устройств домашнего рода, и прирост их количества прекратиться по причине насыщения рынка, поток курсовой прибыли будет все ещё позволять гонку вооружений крупным игрокам. Все было-бы иначе, если-бы покупатели домашних устройств ни чего не инвестировали в биткойн, и сразу-же после добычи их продавали. Однако пока нет такой модели продаж, когда скажем человек покупает обогреватель с договором, позволяющим ему получать деньги на оплату половины электричества: устройства слишком дорого стоят. Поэтому покупают асики люди осведомленные о биткойне, и рано или поздно решающиеся на инвестиции. Такой вот замкнутый круг )
        К слову о незаметности потребления энергии, это предполагает планку потребления устройства в диапазоне 200-500Вт, что на самых современных решениях в производительность от 2 до 5 Тх выльется.

  7. Главный вопрос в том, сколько еще миллиардов жизней нужно бросить на алтарь борьбы с отмыванием денег, потому что на сегодняшний день число жертв уже приблизилось к 4 миллиардам. Четыре миллиарда человек, существующих в ужасающей бедности, лишенных доступа к простейшим банковским услугам и финансовым сервисам, и все из-за правила «знай своего клиента», борьбы с отмыванием средств, национальных границ и закрытости локальных сетей.

    А может быть все наоборот – KYC, AML и национальные границы создают ради того, чтобы держать 4 миллиарда человек в ужасающей бедности и готовых к тяжелой работе за пару теоретических долларов в месяц? Теоретических потому, что эти пару долларов им никто не заплатит, а даст миску еды.

    Невозможно добиться глобального охвата финансовыми и экономическими услугами, имея в основе закрытую систему, работающую по принципу «предъявите ваши документы» и «подтвердите свою личность», в рамках которой все транзакции жестко контролируются. Может получиться только глобальная анти-утопия, существующая под строгим надзором властных структур.

    Все верно, осталось понять, что это и является целью – создать глобальную анти-утопию.

    Однако проблема в том, что в рамках централизованных систем, склонный к коррупции центральный аппарат дает себе волю.

    Это не проблема – это решение. Центральный аппарат создает централизованные системы чтобы дать себе волю.

    Давайте будем воспринимать биткойн не как еще одну валюту, а как платформу доверия,

    Не соглашусь – биткойну совсем не нужно доверие, вся информация необходимая для работы сети содержится в блокчейне и полностью проверяется программным алгоритмом. Зачем доверять, что 2 + 2 = 4, если это можно проверить самостоятельно?

    • Избыточное вмешательство государства в экономику по-прежнему составляет основное препятствие на пути развития России и многих стран мира, а значит, ‘Дорога к рабству’ все еще актуальна.
      http://www.e-reading.club/book.php?book=102575

      • Избыточное вмешательство банды вымогателей… Подразумевается, что бывает не “избыточное” вмешательство?

  8. Только центробанки смогут платить 100 долларов за транзакцию. Прощай биткойн.

    • Стоимость комиссии за транзакцию регулируется рыночно.

      • Когда будет намайнен последний биткойн – то придется полностью оплачивать место в блоке, по текущему курсу 648$ x 25btc получается 16$ за килобайт.

      • да, рыночно.
        20 тыс желающих засунуть на 7 мест

        я не удивлюсь, если до 1000 долларов за место (за перевод) дойдет

        • 650 * 25 = $16250 за блок
          В блоке 1 Мб.
          bitcoinfees.21.co пишет, что средний размер транзакции 230 байт. Значит – 4560 транзакций в блоке.
          16250/4560 = $3.56 за транзакцию ЛЮБОЙ суммы.

          Чтоб дошло до $1000 за транзакцию, биток должен стОить $182400.

          • И это ДО уполовинивания. Меня вообще умиляет, когда бигблокеры начинают перед всеми трясти высосанными из пальца цифрами цены транзакций – на полных дебилов это рассчитано, что ли?

        • Грубо говоря, выгодно будет переводить от 0.5 битка и выше, чтоб уложиться в 1% расходов за перевод.

  9. Приогромнейшее спасибо за перевод!

Trackbacks

  1. «Биткойн — помойная крыса среди валют» | Заработок онлайн доступный каждому
  2. Боевая система обмена сообщениями на базе блокчейна | Заработок онлайн доступный каждому
  3. Социальная безопасность сети Биткойн – Bit•Новости

Поделитесь своими мыслями

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s