«В детстве у меня было чувство, что я могу собрать любую вещь»

14
ПОДЕЛИТЬСЯ

«В детстве у меня было чувство, что я могу собрать любую вещь», — Марк Андриссен, основатель Netscape

Интереснейший лонгрид от газеты Ведомости про одну из самых заметных фигур в биткойн-сообществе. Речь идет об основателе Netscape и известнейшем венчурном инвесторе Марке Андреессене.

Разработчик первого в мире браузера в 24 года стал миллионером. После продажи Netscape он выбрал путь инвестора, преуспев и тут — не избегая риска и применяя свои секреты инвестирования.

ПОСЛЕДОВАТЕЛИ NETSCAPE
Семейство браузеров Netscape занимало в середине 1990-х более 90% рынка. В результате жесткой конкурентной борьбы с компанией Microsoft Netscape Communications потеряла свои лидирующие позиции и в 1998 г. была куплена компанией AOL за $4,2 млрд. В марте 1999 г., когда Netscape ушла с биржи, ее акции стоили $97,6, а вся компания — $9,7 млрд.

Microsoft могла тратить на разработку собственного браузера деньги, которые получала от продажи операционных систем. У Netscape не было ничего, кроме браузера. Microsoft могла распространять свой браузер бесплатно, а Netscape была вынуждена продавать его. Microsoft поставляла Internet Explorer как браузер по умолчанию вместе со своей операционной системой, а она стояла на 90% компьютеров. Чем больше становилось интернет-пользователей, тем меньше среди них была доля специалистов, хорошо разбирающихся в программном обеспечении. И пользователи брали то, что им любезно предоставляла Microsoft, и не задумывались о возможной альтернативе. Microsoft заключила соглашение с компанией Apple, что на компьютерах Mac будет работать Internet Explorer.

image_thumb2

AOL продолжала поддержку и разработку браузеров Netscape до 1 марта 2008 г. На этом история первого браузера, который добился всемирной популярности и во многом стал двигателем Всемирной паутины, закончилась. Но прямым наследником Netscape стал браузер Firefox, который бросил вызов могущественной Microsoft. Этот браузер (уже при поддержке Google) в последние годы начал создавать конкуренцию монополии Microsoft.

Сегодня браузер Firefox, «внук» разработанного много лет назад Андреессеном Mosaic, уже отнял у гиганта больше 20% рынка. Firefox растет настолько быстро, что уже заговорили о второй войне браузеров.

Чтобы не попасть в пробки, я приезжаю на встречу с Марком Андреессеном на полчаса раньше. Место — выбранный им изысканный вьетнамский ресторан «Тамарин» в городке Пало-Альто (штат Калифорния). За три минуты до назначенного времени мне приходит сообщение от Андреессена: «Ждите меня прямо там». Пока я размышляю о прекрасных манерах капиталиста-миллиардера, от него приходит еще одно сообщение:«Упс, только что оштрафовали за пользование мобильным телефоном за рулем. Ни одно доброе дело не остается безнаказанным». Я приготовилась ждать, но через полчаса Андреессен появляется передо мной. Высокого роста добродушный человек с невозмутимым видом — никак не скажешь, что он только что имел неприятности с полицией.

Первым делом Марк Андреессен спрашивает, какое впечатление производит на меня Кремниевая долина. Когда я начинаю говорить об особой атмосфере коллективной работы, он улыбается, как будто это комплимент, сделанный ему лично.

«Я не мог поверить, что люди готовы добровольно помогать мне, — вспоминает он свой первый день в Кремниевой долине 20 лет назад и добавляет: — Там, где я вырос, такого не было».

В 1990-х гг., еще будучи студентом, Марк Андриссен разработал один из первых веб-браузеров, назвав свое детище Mosaic. В 1993 г. он переехал в Калифорнию. Там Андриссен встретил предпринимателя Джеймса Кларка, который как раз искал интересный объект для инвестиций. Кларку понравилась разработка молодого студента, он поверил в коммерческий успех Mosaic.

Вскоре название изобретения пришлось изменить — Университет Иллинойса, на компьютерах которого Марк создавал браузер, получил все права на программу и был против использования этого названия в другом проекте. Тогда Андреессен и Кларк создали новую компанию — Netscape Communications, а первый в мире браузер, получивший широчайшую популярность, назвали Netscape.

Это произошло в апреле 1994 г. Уже в августе 1995 г. Netscape Communications провела IPO на бирже NASDAQ. Компания продала акции на $140 млн по $28 за бумагу, вся она была оценена в $1 млрд. В 1998 г. акции Netscape Communications скупила компания AOL, продолжившая борьбу на рынке браузеров, которых становилось все больше и больше.

А тогда, в 1995 г., продав свою долю в Netscape, 24-летний Андриссен в одночасье превратился в миллионера. Он попал на обложку Time, став популярнейшей фигурой поколения интернет-бума: молодого программиста, сидящего на золотом троне босиком, назвали «золотым гиком» своего поколения.

«В детстве у меня было чувство, что могу собрать любую вещь, я обожал копаться в компьютерах и заниматься кодированием. Но когда я попал в Долину, для меня стало открытием, что люди готовы вкладывать в это свои деньги», — признается Андриссен.

silicon valley
Специальный выпуск, август 1997 года. Звезды Силиконовой Долины того времени: (верхний ряд, слева направо) Ларри Эддисон (Larry Ellison), Oracle; Марк Андреессен (Marc Andreessen), Netscape; Энди Гров (Andy Grove), Intel; Эл Шугарт (Al Shugart), Seagate Technology; Гордон Мур (Gordon Moore), Intel; Джон Чемберс (John Chambers), Cisco Systems (нижний ряд) Стив Джобс (Steve Jobs), Apple Computer, Pixar; Скотт МакНили (Scott McNealy), Sun Microsystems; Джон Доер (John Doerr), Клейнер Перкинс (Kleiner Perkins), Caufield & Byers; Ларри Сонсини (Larry Sonsini), Wilson Sonsini Goodrich & Rosati; Лью Платт (Lew Platt), Hewlett-Packard; Джим Кларк (Jim Clark), Netscape

Став после продажи акций Netscape мультимиллионером, он сам занялся инвестированием в крупные проекты. В 2009 г. он основал венчурный фонд Andreessen Horowitz. В отличие от множества инвестфондов, которые существуют по 7-10 лет, Andreessen Horowitz уже вернул своим первым инвесторам почти все взятые у них деньги — около $300 млн.

На данный момент фонд привлек уже $2,7 млрд. Его представители входят в советы директоров практически каждой технологической компании, с которой у фонда были заключены сделки. В портфеле фонда — акции более 90 компаний. Среди них — Facebook, Twitter, Pinterest, Airbnb, Foursquare. Фонду также принадлежали доли в Groupon, Zynga, Instagram и Skype. Andreessen Horowitz в 2009 г. инвестировал в Skype $50 млн. А через два года заработал на продаже акций вчетверо больше — тогда Microsoft купила Skype за $8,5 млрд.

Марк Андреессен родился в Нью-Лиссабоне — маленьком городке в штате Висконсин. Его отец продавал сельскохозяйственные удобрения, мама была домохозяйкой.

«Если вы не засеете поле вовремя и не удобрите его, у вас будут реальные проблемы, — вспоминает со знанием дела Марк и пускается в рассуждения: — Люди очень практичны, трудолюбивы, у кальвинизма тут глубокие корни, все это мотивирует заниматься техникой».

Андреессен был очарован технологиями с детства.

«У меня есть полная серия книг про Тома Свифта в моем офисе. Это была, наверное, самая важная книга, которую я читал в своей жизни», — рассказывает он о научно-фантастическом и приключенческом произведении о юном гении, изобретающем невероятные вещи. Он уверен: ему повезло родиться в 1970-х, когда Apple II стал одним из первых и наиболее успешных персональных компьютеров того времени. Андриссену было тогда всего шесть лет. «Мне удалось собрать достаточно денег, и свой первый ПК я купил за $300», — вспоминает он.

Еще одним везением, считает Андриссен, был выбор университета. Учиться на инженера он отправился в Университет Иллинойса. В год его поступления конгресс США выделил университету $40 млн для финансирования разработки суперкомпьютеров.

«Это время называется “великим пробуждением”, — говорит Андриссен, поглаживая свой iPhone. — Этот маленький гаджет такой же мощный, как первый суперкомпьютер, с которым я работал, — он стоил почти $20 млн, а сейчас эта вещь в руке у 2 млрд людей».

«А когда я впервые побывал в Кремниевой долине, она находилась в летаргическом сне, — продолжает Андриссен. — В старших классах я вообще думал: придется учить японский, чтобы работать в технологической индустрии. Когда я приехал туда, моим главным чувством было: неужели я все пропустил, и новая волна технологий, бурно развивавшихся в 80-е гг., уже закончилась, и я пришел слишком поздно? Но он ошибался. И верил в свой успех. Я вообще самый оптимистичный человек среди всех, кого знаю, — говорит о себе мой собеседник. — Я оптимистичен — возможно, до грани ошибки, особенно в отношении новых идей. Обычно, когда я знакомлюсь с новой идеей, у меня не возникает вопрос, сработает ли идея, я пытаюсь представить, что будет, если она сработает».

Андреессен любит пользоваться Twitter. Свой первый пост он написал всего год назад и за полгода разместил больше 22 500 твитов. «Меня часто спрашивают, сам я ли веду свою страницу в Twitter. Конечно, я бы никогда не дал доступ к моей учетной записи, я не сумасшедший», — говорит Андреессен. В своем Twitter он пишет обо всем — начиная с проблем экономики и заканчивая иммиграционными инициативами правительства. «Возможно, Twitter — восьмое чудо света. Сеть микроблогов показывает, что происходит между технологическим и обычным миром. Если перемотать время на 6-8 лет вперед, то я уверен, что Twitter будут использовать люди по всему миру. С его помощью будут общаться все, в том числе Папа римский и президент Ирана. Это как будто у меня есть микрофон и громкоговоритель, которые передают мои слова журналистам по всему миру».

ff_andreessen2_f

Смелые заявления Марка Андреессена в Twitter на разные темы собрали армию поклонников и последователей и вовлекли его в несколько очень больших сражений. В июне прошлого года веб-сайт Salon обвинил Андреессена в том, что он в своем Twitter проповедует достижения Кремниевой долины. Карл Айкан, американский финансист, называющий себя инвестором-активистом и защитником интересов акционеров, обвинил Андреессена в том, что тот был ментором пяти прямых конкурентов eBay.

Прошелся Айкан и по продаже доли в Skype в сентябре 2009 г. за $2,75 млрд группе инвесторов, среди которых был и Андреессен. Андреессену даже пришлось защищаться — он дал интервью, в котором сказал, что венчурные капиталисты, заседающие в советах директоров публичных технологических компаний, следуют этическим практикам, которые приняты и в других отраслях. Все обвинения Айкана Андреессен назвал ложью и спекуляциями. Таких людей, как Айкан, Марк Андреессен называет «активистами»:

«Раньше, если бы такой активист пришел и сказал: “Привет, вы меня не знаете, но я только что купил 2% ваших акций и теперь буду рассказывать, как вы должны управлять компанией”, — совет директоров бы просто дружно рассмеялся. В новом мире держатели акций более склонны к работе с активистами, так что, я думаю, со временем число таких людей увеличится».

После долгого монолога Андреессен заказывает себе поесть.

«Здесь, в Калифорнии, очень хорошая и здоровая еда, я полностью адаптировался к ней, раньше я весил 180 кг из-за чизбургеров и картофеля фри, но теперь все путем». К нам подходит официантка, и Андриссен заказывает говядину с карри и чай со льдом: «Я заказываю всегда одно и то же, я действительно очень скучный человек, мы с женой не путешествуем, никуда даже не выходим».

В будущем все будет хорошо, если нам это позволят технологии, тем не менее, необходима более высокая производительность для сокращения процента людей, которые будут работать, опять пускается в рассуждения Андреессен.

«Общество хочет стать богаче, но уровень рождаемости падает, в США наметилась тенденция замедления, если бы не нелегальная иммиграция, у нас бы не было таких экономических показателей, миграция — это лучшее, что может с нами происходить, но ирония в том, что никто не хочет об этом говорить. Прежний фермерский труд был совершенно ужасным. Фермеры вставали в шесть утра и работали по 14 часов в день. Люди умирали на заводах, шахтеры — в шахтах, это ужасные, ужасные работы. Новые места работы лучше. Это происходит по всему Китаю, а сейчас еще в Индонезии и Вьетнаме. Каждый раз, когда Foxconn открывает завод, буквально сотни тысяч человек подают анкеты в надежде устроиться на работу. В развивающихся странах люди готовы на что угодно, лишь бы попасть на современное производство, потому что альтернатива гораздо хуже. Так что, на самом деле, благодаря техническому прогрессу труд становится лучше», — уверен Андреессен.

Дальше мы переходим к проблемам фондовых рынков. Андреессен уверен, что многие новые известные интернет-компании создают реальный состоятельный высокорентабельный бизнес с хорошими показателями роста. Сегодня фондовый рынок на самом деле «ненавидит» технологичный сектор, если судить по соотношению цена/прибыль большинства крупнейших торгуемых технологичных компаний. Например, у Apple P/E составляет около 15,2 — примерно как по рынку в целом, несмотря на высокую прибыльность и доминирующие позиции компании.

«Да и какой может быть пузырь, когда все постоянно кричат о пузыре», — говорит Андреессен.

Пока разговоры ведутся лишь о финансовой оценке, а не основополагающей «внутренней» стоимости лучших компаний, в то же время, именно это имеет огромное значение сегодня, считает Андрeeссен. По его мнению, мы переживаем радикальный и массовый технологический и экономический сдвиг, в результате которого софтовые компании оккупируют огромные сферы экономики. В ближайшие 10 лет он прогнозирует сокрушительное вторжение программного обеспечения во многие отрасли. Через 10 лет по меньшей мере 5 млрд человек станут пользоваться смартфонами и в каждую секунду будут иметь доступ в интернет.

«При неуклонном снижении стартовых издержек в сфере IТ-технологий и расширении рынка онлайн-услуг мы получим глобальную экономику, впервые в истории полностью опутанную цифровыми сетями и технологиями — воплощенная мечта любого кибервизионера начала 1990-х, реализованная через поколение», — прогнозирует Андриссен.

Он говорит о пожирании программным обеспечением традиционного бизнеса. Одним из самых ярких примеров такого феномена он называет ликвидацию одной из крупнейших книжных сетей США — Borders Group — и параллельный рост онлайн-магазина Amazon. В 2001 г. Borders согласилась передать свой веб-магазин компании Amazon, посчитав онлайн-продажи непрофильным и нестратегическим направлением бизнеса.

Андрeeссен признается, что любит рисковать. Microsoft стала публичной в 1986 г. — тогда ее оценивали в $300 млн, сейчас она стоит $300 млрд. В 2004 г. при размещении Google оценили в $30 млрд, сейчас компания стоит $300 млрд.

«Я люблю рискованные инвестиции, возможно, я необычный, потому что большинство людей хотят жить в мире, где нет никакого риска», — говорит Андрeeссен.

О новой и рискованной, по мнению многих экспертов, системе электронной наличности биткойн Андриссен также говорит с оптимизмом:

«Когда мы пытались найти инвесторов в Netscape, они в большинстве своем говорили, что мы сошли с ума. Криптовалюта — наиболее похожая на ту историю вещь за последние 20 лет. Биткойны ошеломляют. К сожалению, многие до сих пор не понимают их потенциала. Надеюсь, однажды я смогу использовать биткойны для самых простых операций, например покупки автомобиля через мобильное приложение. В течение трех лет эта технология выйдет на новый уровень».

Неиссякаемая энергия Андриссена не дает ему покоя и ночью — он спит по шесть-восемь часов. «Я люблю поспать утром и в основном работаю во второй половине дня, я вообще очень счастливый человек и очень оптимистичен по поводу будущего технологий». Пока я оплачиваю счет за обед, Андриссен разбирается с оплатой парковки в своем новом приложении, подтверждая свою веру в то, что технологии — это ответ на все вопросы.

Источник: vedomosti.ru

14 КОММЕНТАРИИ

  1. Особенно меня умиляет каждый раз, как кто-то называет «гиков» «золотыми», «богатыми», «гениями» и тп. что большинство тупых песд в нашем любимом СНГ никогда не ведутся на гиков. Испытываю смачное наслаждение при мысли, сколько всего в жизни упускают эти малолетние дурочки с высокими и весьма стандартизированными запросами и большими сиськами и без мозгов когда понимают, что сосед ботан выбился в люди и уехал в Силиконовую Долину или Киев например а парень гопник который всегда пиздил ботана окончательно спился, потерял работу, лежит в комнате и трахает диван, если ее рядом нет. Это по настоящему вдохновляюще для такого социопата как Я. Особенно если девушка очень красивая и очень айфонисто-меховая, с манхеттен-голливуд запросами к жизни и все такое. Я реально плачу, ребят, плачу!

    • У неё отец был гопник просто. Импринтирована модель выживания. А зря ты на них заглядываешься, кстати. Знакомься лучше с ботанками, Леонард.

      • Леонард? Это вы к кому обратились?
        Я на них не заглядываюсь, они меня «впечатлили» еще с момента поступления в ВУЗ (как и «ботанки»), после чего на американизацию и шлюхозацию (или как правильно) нашего общества Я стал смотреть с очень большими подозрениями… Видишь ли, не нравится мне, что половина мира и Африки даже (ДАЖЕ АФРИКИ!) считают Украину страной шлюх. Да, негры которые живут здесь (приехали на ПМЖ) говорят что 80% укр. девушек — шлюхи, которых можно купить за американские понты. Я не то чтобы с ними согласен… хотя сам не раз был свидетелем шлюхосъема как коллег по работе, так и одногруппниц.
        Я просто не могу ничего противопоставить этому, кроме 3-х девушек, которых Я знаю и среди них одна — моя жена.
        А про модель выживания, так тут дело ж не в импринтах. Вы прежде чем умными словами выражаться, потрудились бы посмотреть что такое «импринт» не в википедии. Ибо там, мягко говоря, бреда столько же, сколько правды.

  2. Когда я, очередной раз, читаю о миллиардерах, воспевающих оду биткойну, возникает вопрос — если все так хорошо, почему же вы господа не храните ваши деньги в крипте? Или хотя бы часть денег. Если десяток, таких буратин, вложится по пол лярда, то капитализация тут же взлетит на 100%. Ан нет, не рискуют, ждут. По тихоньку, мелкими шагами, становятся на эту дорожку.

    • Ты и правда думаешь, что они по настоящему рискуют по жизни? Это только в фильмах с ди Каприо миллиардеры готовы одаривать всех бомжей на районе золотыми часами и готическими особнячками, в реальности же они даже не могут спокойно расстаться со своими какашками, всякий раз сожалея при нажатии на кнопку смыва в туалете.

      • А как почитаешь статейки, так каждый первый, супер рисковый малый. Начинают в гаражах, ставят на кон последние лапти. В 20-ть зарабатывают свой первый лям.

        • В Америке такие парни могут себе это позволить, так как гаражи имеются у каждого бомжа. Но вопрос не только в этом, а еще и в том, что сами эти люди по жизни весьма скромны и могут например носить 1 рубашку мятую по 2 недели. Я сам такой, но когда у них появляется КОРПОРАЦИЯ, когда их продукты «выстреливают», они начинают строить т.н. корпоративную идеологию или «легенду», или десятки подобных легенд, суть которых в беспонтовом пиаре аля «айфоны — еще и самые дешевые в мире!» с типа наивным расчетом, что кто-то в это поверит. А хуле? Они уже захватили рынок и могут издеваться над ним как хотят. Им же никчто ничего не сделает 🙂 Ибо большинству по йух что его давно поимели с логической точки зрения. Напиши на биллборде «в нашей колбасе меньше всего нитрита натрия! Супермаркет ГовноЦен!» и толпа повалит в такой супермаркет. Несмотря на его название, несмотря на то, что в колбасе вообще не жолжно быть ничего кроме мяса, сала и специй, повалит. Лучше ведь жрать меньше нитрита натрия, чем больше правда? НО самый шикарный подвох заключается в том, что в именно этой контретной колбасе БОЛЬШЕ ВСЕГО нитрита натрия, чем в любом другом сорте. Это правда. Это проделывали тысячи раз, иногда это просто грязный маркетинг, а иногда это еще и грязная шутка. Но никто не контролирует бизнес гигантов, так что они могут себе такое позволить. Они могут накормить всю планету первоклассным чистейшим высшей пробы 1 сорта ДЕРЬМОМ, и вся планета съест это дерьмо. Оу! Точно они же уже это сделали! Пойду схаваю гамбургер.

        • Как у вас бомбануло мощно! НЕНАВИСТЬ!!111

        • А что мешаете тебе делать то же самое, раз уж ты раскрыл их секрет? Сделай айфон или колбасу за 3 копейки — обогатишься и выбьешься в люди! :-))) может действительно нужно иногда быть рассчетливым говнюком?
          Это как с нефтью, высоких цен хотят все, а снижать добычу никто, все боятся обмана. То же и с биткойном — проще кричать и уговаривать а вкладываются пусть другие. Да, не красиво, за то ты остаешься с деньгами.

        • А да Я просто не хочу выбиваться в люди за счет сервисов, которые медленно убивают людей. Я выбьюсь в люди за счет тех продуктов и сервисов, которые приносят больше пользы. Разве это не нормально? Расчетливые говнюки, кроме того, мне не слишком импонируют. Они считают, как правило, что весь мир крутится вокруг их ущербных желаний типа «быть богаче» или «купить феррари» или «трахнуть всех шлюх на манхеттене» но на самом деле вся эта херня кроме них никому не нужна и ради таких целей кормить наш доверчивый, глупо-наивный народ, вечно тянущий ярмо то одного рабовладельца, то другого, не вижу понта. К тому же, если все будут питаться так как сейчас, в будущем моим внукам будет не с кем играть, ибо США — треть людей жирные, треть худые, треть больные, аллергия, рак все прочее, откуда?? ОТ ЕДЫ. У них пропадают пчелы, шмели, никто не в кусре куда и почему. У них антидепрессантов так много пьют, что рыба в некоторых озерах куда сливают канализацию полна антибиотиков и антидепрессантов, словив ее ты ее уж не захочешь кушать.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here